Случайный афоризм
Писать - значит расшатывать смысл мира, ставить смысл мира под косвенный вопрос, на который писатель не дает последнего ответа. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1940 году скончался(-лась) Исаак Эммануилович Бабель


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

касается Гаскони и Каталонии, то нынешний герцог  Аквитанский  никогда  не
посягал   на    галльский    престол    и    никогда    (за    исключением
одного-единственного случая, о чем мы расскажем чуть позже) не  вступал  в
конфликт с королевской  властью.  Вот  уже  двадцать  четыре  года  правит
Гасконью и Каталонией герцог Филипп III, и все эти двадцать четыре года во
всех его владениях царили мир и покой. Не будучи сверх меры  честолюбивым,
он  вполне  довольствовался  тем,  что  имел,  и  никогда  не  смотрел   с
вожделением на чужие земли. Несчастный в личной  жизни,  герцог  все  свое
время, всю свою энергию, все свои способности (благо таковые у него  были,
притом  незаурядные)  посвятил   государственным   делам.   Он   отличался
редкостным  бескорыстием  и  обостренным  чувством  ответственности  перед
людьми, богом, но прежде всего - и что  немаловажно  -  перед  собственной
совестью.  Под  его  мудрым  руководством  Гасконь,  Каталония  и  Балеары
процветали,   росло   благополучие   всех   его   подданных,   безжалостно
искоренялась преступность, все меньше  и  меньше  крестьян  шло  в  лесные
разбойники - отчасти потому, что это стало слишком опасным  промыслом,  но
главным образом из-за того,  что  герцог  крепко  держал  в  узде  местное
чиновничество, не позволяя ему зарываться и грабить средь бела дня простой
народ. Поэтому неудивительно, что гасконцы и каталонцы, которые, как и все
латиняне, любили награждать своих правителей меткими прозвищами,  называли
герцога Справедливым...
     Младший сын герцога, тоже Филипп, прозванный Красивым, Красавчиком за
свою внешность и Коротышкой - за рост, грустно усмехнулся  и  прошептал  с
горечью в голосе:
     -  Справедливый...  Однако  долго  же  мне   пришлось   ждать   твоей
пресловутой справедливости!
     Филипп, наконец, принял решение, развернул свою лошадь  и  направился
прочь от Тараскона.
     "Ну нет уж, - подумал он, - Перед отцом я предстану в свете дня, а не
под покровом ночи. Пусть он при всех скажет то, что написал мне в  письме.
Пускай все знают, что я не блудный сын, воротившийся  домой  с  покаянием,
скорее как раз наоборот... А сейчас..."
     Филипп пришпорил лошадь, и она побежала быстрее  по  широкой  дороге,
которая змеей извивалась между холмами и исчезала вдали  среди  гор.  Там,
впереди, в двух  часах  поспешной  езды,  находился  замок  Кастель-Фьеро,
родовое гнездо  графов  Капсирских,  хозяином  которого  был  лучший  друг
детства Филиппа и его ровесник Эрнан де Шатофьер.



                      1. ФИЛИПП. ШЕСТНАДЦАТАЯ ВЕСНА

     Весенний лес купался в последних  лучах  заходящего  солнца.  Налетел
свежий ветер, зашумел в кронах  деревьев,  повеяло  приятной  прохладой  -
особенно приятной после такого знойного дня. Все лесные жители  оживились,
приободрились, во весь голос  запели  птицы,  провожая  уходящий  день,  и
только одинокий всадник, заблудившийся  в  лесу,  нисколько  не  радовался
ласковому вечеру. Отпустив поводья лошади, он раздраженно  оглядывался  по
сторонам;  на  лице  его  застыло  выражение   растерянности,   досады   и
беспомощности. Наступление вечера  прежде  всего  значило  для  него,  что
приближается ночь; а перспектива заночевать где-то под деревом  совсем  не
вдохновляла молодого знатного вельможу - даже очень знатного, судя по  его
одежде и внешности. Очевидно,  ему  была  чужда  романтика  странствующего
рыцарства.
     "Другого такого дурака, как я, надо еще поискать, - упрекал он себя с
самокритичностью, которую позволял себе только в мыслях, да и то  изредка.
- Не хотел  ехать  со  свитой,  взял  бы  проводника.  Так  нет  же!  Осел
упрямый!.. Теперь уже не замок дона Фелипе,* а  хоть  какую-нибудь  лачугу
найти, где можно сносно перекусить и устроиться на ночлег".
     Вельможа лет двадцати пяти удрученно покачал головой.  Э,  да  что  и

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.