Случайный афоризм
Отвратительно, когда писатель говорит, пишет о том, чего он не пережил. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - А как она выглядит?
     - С виду ей  лет  четырнадцать-пятнадцать.  Определенно,  она  не  из
знатных девиц, но и не крестьянка и не  служанка.  Скорее  всего,  она  из
семьи богатого горожанина, правда, не из Тараскона, потому  что  здесь  ее
никто не узнал... - Тут Монтини замешкался, потом добавил: - Впрочем,  это
не совсем так.
     - Что не совсем так?
     - Что ее никто не узнал. Кое-кто ее все же узнал.
     - Стоп! - сказал Филипп. - Не понял. Ведь ты говорил, что ее никто не
знает.
     - Это верно, монсеньор, ее никто не знает. Не знает, кто  она  такая.
Но вчера ее видели неподалеку от Тараскона. Дело было вечером...
     - И что она делала?
     Монтини поднял голову и по-взрослому пристально посмотрел  Филиппу  в
глаза. Взгляд его был хмурым и грустным, в нем  даже  промелькнуло  что-то
похожее на ярость.
     - Вернее, что с НЕЙ делали - уточнил он.
     Сердце Филиппа подпрыгнуло, а потом будто провалилось в  бездну.  Они
как раз подошли к мавританскому фонтану в центре парка,  и  он  присел  на
невысокий парапет. Этьен молча стоял перед ним.
     - Рассказывай! - внезапно осипшим голосом велел ему Филипп.
     - Ну... - Монтини нервно прокашлялся. - Я знаю совсем  немного.  Лишь
то, что услышал из разговора слуг.
     - Что ты услышал?
     - В общем, ее видели... видели, как господин Гийом вез ее связанную в
свой охотничий домик.
     Филипп судорожно сглотнул.  Так  называемый  охотничий  домик  Гийома
находился в миле от Тараскона. Там его старшие  братья  вместе  со  своими
приближенными частенько устраивали оргии, которые  нередко  сопровождались
групповым  изнасилованием  молоденьких   крестьянских   девушек,   имевших
неосторожность оказаться за  пределами  своих  деревень,  когда,  порядком
подвыпивши, Гийомова  банда  шныряла  по  округе  в  поисках  развлечений.
Крестьяне, разумеется, неоднократно  жаловались  герцогу  на  его  старших
сыновей; каждый раз герцог  устраивал  им  взбучку  и  строжайше  запрещал
впредь заниматься подобным "промыслом", но, несмотря на это, Гийом и Робер
втихаря (а когда отца не было дома - то  и  в  открытую)  продолжали  свои
гнусные забавы.
     Герцог как раз  отсутствовал  -  он  отправился  в  Барселону,  чтобы
договориться с тамошним графом о совместном использовании порта и  верфей,
и взял с собой Робера, - так что Гийом, почувствовав свободу, разошелся на
всю катушку.
     Филипп  в  гневе  заскрежетал  зубами.  Перед  его  мысленным  взором
стремительно пронеслись красочные картины, изображавшие различные варианты
мучительной смерти Гийома с использованием всевозможных приспособлений для
пыток. Наконец, овладев с собой, он спросил у Монтини:
     - А это точно та самая девушка?
     - Слуги так говорят, монсеньор. К тому же... - Этьен осекся.
     - Ну!
     - Когда ее только привезли, я, еще ничего не зная,  имел  возможность
осмотреть ее вблизи... И увидел...
     - Что ты увидел?! - нетерпеливо воскликнул Филипп.
     - Ее платье, в общем нарядное и довольно новое, разодрано почти что в
клочья, кожа на ее запястьях натерта до крови, а на теле я видел следы  от
ударов плетью...
     Филипп резко  вскочил,  сжимая  кулаки.  Лицо  его  исказила  гримаса
ненависти и отвращения.
     - Господи! - простонал он. - Какие они изуверы!..  Зверье!..  Господи
боже мой...
     Он снова сел, низко склонив голову, чтобы Монтини не увидел  слезы  в
его глазах. После некоторых  колебаний  Этьен,  не  спрашивая  разрешения,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.