Случайный афоризм
Писать - значит предоставлять другим заботу о завершенности твоего слова. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

архиепископом Марком.
     Первое знакомство Филиппа с московитами нельзя было назвать приятным.
На второй день после их приезда между ним  и  боярином  из  свиты  Николая
Рязанского вспыхнула ссора из-за одной барышни,  фрейлины  королевы  Марии
Фарнезе. Московит повел себя с девушкой самым недостойным образом: подарил
ей несколько соболиных шкурок и потребовал, чтобы она тут же оплатила  ему
"натурой". Однако девушка  оказалась  порядочной,  она  не  хотела  терять
невинность ради каких-то соболиных шкурок - но, с  другой  стороны,  и  со
шкурками ей было жаль расставаться. Боярин был неумолим -  либо  то,  либо
другое; поэтому барышня обратился за помощью к известному защитнику женщин
Филиппу. Тот принял ее заботы  близко  к  сердцу;  ему  очень  понравилась
девушка, к тому же его несказанно возмутила извращенность боярина, который
сделал подарок не в благодарность за любовь, а наоборот - требовал любви в
благодарность за подарок. В пылу праведного гнева Филипп обозвал московита
жалкой утехой мужеложца - просто так обозвал, без всякой задней  мысли,  в
его лексиконе это было одним из самых язвительных оскорблений,  -  и,  что
говорится, попал не в бровь, а в глаз. Как выяснилось позже, боярин,  хоть
и не был от природы гомосексуальным, в отроческие годы нежно дружил с юным
царевичем, теперешним царем, чья слабость  к  молоденьким  мальчикам  была
общеизвестна.
     Униженный и оскорбленный московит пришел в неописуемую ярость. Вместо
того чтобы чин-чином вызвать Филиппа на поединок, он тут же выхватил из-за
пояса  кинжал,  явно  собираясь  прикончить  обидчика  на  месте;  его  не
остановило даже то, что Филипп не имел при  себе  никакого  оружия.  Благо
рядом находился Габриель - он вступил со взбешенным боярином в схватку  и,
пытаясь выбить из его рук кинжал, совершенно нечаянно проткнул его шпагой.
Удар Габриеля оказался смертельным  для  московита,  и  тот  скончался  на
месте.
     Скандал получился отменный, и королю Роберу пришлось приложить немало
усилий, чтобы помешать Николаю Рязанскому  придать  этому  чисто  бытовому
инциденту религиозную окраску;  а  архиепископ  Тулузский  свою  очередную
воскресную проповедь целиком посвятил смертному греху сладострастия, где в
частности  отметил,  что  ни  католику,  ни  православному  не   дозволено
обращаться с благородной девицей, как с девкой продажной.
     Злополучные соболиные шкурки  остались  у  барышни,  виновницы  всего
происшедшего, в качестве компенсации за нанесенный ей моральный  ущерб,  а
сама она, в знак благодарности за заступничество,  подарила  Филиппу  свою
невинность,  ничего  не  требуя  взамен.  В   свою   очередь   Филипп,   в
благодарность за спасение жизни, произвел Габриеля в рыцари и подарил  ему
еще одно поместье, а позже, уже после возвращения в Тараскон, счел  нужным
придать его  владениям  статус  вице-графства,  тем  самым  сделав  своего
первого дворянина виконтом.
     Габриель был город и  рад,  как  малое  дитя.  Он  сразу  же  написал
родителям письмо, вновь приглашая их к себе, и  скрепил  его  своей  новой
печатью с графской короной, а внизу поставил  подпись:  "Ваш  любящий  сын
Габриель де Шеверни, виконт  де  Олорон".  Правда,  ответа  он  так  и  не
дождался...
     В Памплону Филипп  решил  прибыть  заблаговременно,  чтобы  наверняка
опередить всех своих конкурентов  -  разумеется,  за  исключением  виконта
Иверо, который там жил.  Слухи  об  отношениях  Маргариты  с  Рикардом  не
столько  тревожили  Филиппа,  сколько  пробуждали  в  ней   здоровый   дух
соперничества. Этьен де Монтини, которого в конце мая  Филипп  отправил  в
Памплону с  тайной  миссией  и  которому,  похоже,  через  сестру  удалось
втереться в доверие к принцессе, в своих секретных донесениях сообщал, что
хотя Маргарита всерьез увлечена виконтом, выходить за него не  собирается,
а все больше склоняется к мысли о необходимости брачного союза  Наварры  с
Гасконью.  Благодаря  Монтини,  Филипп  был  в  курсе  всех  событий   при
наваррском дворе, но иногда его разбирала досада,  что  в  отчетах  Этьена
лишь вскользь упоминалось имя  Бланки.  Однако  он  не  решался  требовать
подробностей, боясь признаться себе, что Бланка по-прежнему дорога ему...

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.