Случайный афоризм
Пусть лучше меня освищут за хорошие стихи, чем наградят аплодисментами за плохие. Виктор Мари Гюго
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

могущественное государство на востоке Европы, равное  по  территории  двум
Германиям и уж куда более сплоченное, чем союз немецких княжеств.
     А между тем, к северу от  Руси  набирала  силу  Литва.  За  прошедшие
двести лет литовцы разделили с поляками Пруссию, изгнали ливонских рыцарей
из  куршских,  ливских  и  эстских  земель,  успешно  противостояли  своим
северным соседям, скандинавам, и даже было распространили свою  власть  на
Карелию, впрочем, ненадолго. Вскорости им довелось уступить  ее  Московии,
вассальному Орде государству, которое возникло  в  результате  объединения
славянских княжеств, оказавшихся в сфере влияния Казанского ханства.
     Однако с тех пор литовские князья никак не могли забыть о  потерянных
территориях, также как и русские короли частенько вспоминали о том, что  в
былые  времена   северо-восточные   княжества   безоговорочно   признавали
верховенство над собой киевского престола. Несколько лет назад король Руси
Роман II и великий князь Литовский Витовт IV  решили,  что  настало  время
восстановить историческую справедливость, и, заключив  между  собой  союз,
начали активно  готовиться  к  предстоящему  освобождению  своих,  как  не
уставал повторять король Роман, "исконных территорий".
     Московиты, которые, впрочем, и  сами  постепенно  стряхивали  с  себя
татарское иго, в принципе  не  имели  ничего  против  братской  помощи  со
стороны Руси, однако цена,  запрашиваемая  Киевом  за  эту  помощь  -  так
называемое воссоединение,  -  многим  казалась  непомерно  высокой.  И  до
монголо-татарского  нашествия  восточные  славяне,  этот  конгломерат   из
множества разных племен, никогда не чувствовали  себя  единым  народом,  а
после  раздела  их   шаткой   общности   -   старокиевского   государства,
северо-восточные  славяне  оказались  в  совершенно  иных  геополитических
условиях, нежели их сородичи на юге и юго-западе. Двухсотлетнее пребывание
под азиатским игом не могло не отразиться  на  психологии  московитов,  их
национальном характере и культуре, жизненном  укладе  и,  естественно,  на
самой  форме  московской  государственности,  которая   была   по-азиатски
деспотичной.
     Пожалуй,  самым  проевропейски  ориентированным   слоем   московского
общества  являлось  духовенство,  поскольку  оно  напрямую   зависело   от
Константинопольского патриаршего престола и большинство  высших  церковных
постов в Московской метрополии занимали либо греки, либо  русские.  Именно
епископы были единственными в Московии, кто безоговорочно  поддержал  идею
Романа II об объединении двух восточно-славянских государств, а  несколько
позже  (но  с  существенными  оговорками)  и  идею  папы   Павла   VII   о
воссоединении двух христианских церквей. Однако ни то, ни другое не  нашло
широкой поддержки ни у простонародья (хотя его мнения никто не спрашивал),
ни среди московской знати. Московиты уже начинали осознавать себя  нацией,
отдельным народом, и  предпочли  бы  еще  на  век-полтора  оставаться  под
татарским игом, но сбросить его самим, собственными силами,  сохранив  при
том свою самобытность и свою государственность.
     Поэтому русский король, не  придя  к  согласию  с  московским  царем,
заключил союз с великим князем Литовским, чтобы общими усилиями освободить
Московию от ига неверных (пусть даже  вопреки  воле  самих  московитов)  и
присоединить ее к Руси, уступив Карелию Литве.
     Обеспокоенный столь решительными намерениями Романа II, а  также  его
настойчивыми утверждениями о том, что московиты никакой не народ, но  лишь
неотъемлемая  часть  единого  русского  народа,  московский  царь   спешно
отправил на запад представительную делегацию во главе  с  князем  Николаем
Рязанским и боярином  Василием  Козельским,  целью  которой  было  поелику
возможно постараться настроить католических государей против Руси и Литвы,
всеми средствами дипломатии (и не только дипломатии) сорвать вербовку  ими
наемников и закупку военного снаряжения для похода  на  Московию,  а  если
получится - то и расстроить готовящееся объединение церквей.
     Побывали  Московиты  и  в  Тулузе,  где  по   прискорбному   стечению
обстоятельств в то же  самое  время  находился  Филипп  -  после  успешной
операции по захвату Байонны он  приехал  на  несколько  дней  погостить  у
своего дяди,  короля  Робера,  и  повидаться  со  своим  побочным  братом,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.