Случайный афоризм
Ни один жанр литературы не содержит столько вымысла, сколько биографический. Уильям Эллери Чэннинг
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

таковое, что идет вразрез с кодексом рыцарской чести. Филипп был не только
крупным землевладельцем  и  феодальным  государем,  но  также  и  торговым
магнатом. Снаряжаемые им заморские экспедиции  в  Индию,  Персию  и  Китай
приносили ему огромные доходы, иной  раз  превышающие  поступления  в  его
казну от всех других видов хозяйственной деятельности. А весной сего  года
в сантандерском  порту  из  трюмов  принадлежащих  Филиппу  кораблей  были
отгружены не только рулоны персидских ковров, тюки с индийскими пряностями
и китайским рисом, не только шелка, чай и экзотические фрукты, но также  и
хорошо просмоленные  бочонки  с  высококачественным  по  тогдашним  меркам
порохом из Византии. Так что для умного и предусмотрительного человека  не
было ничего неожиданного  в  том,  что  гасконская  армия  имела  в  своем
распоряжении "огненные жерла" и людей, умевших с ними обращаться. На  свою
беду, Рене Байоннский не отличался ни умом, ни предусмотрительностью...
     Под вечер загремело!  Клубясь  дымом,  "огненные  жерла"  выплевывали
ядра, которые медленно, но верно разрушали  городские  стены  и  врата,  а
самые дальнобойные из них производили опустошения внутри города, вызывая у
населения невообразимую панику и наводя горожан на мысли о Страшном  Суде.
Тем временем кантабрийская эскадра несколькими выстрелами в упор вывела из
строя все корабли береговой охраны и вошла  в  порт,  будучи  готовой  под
прикрытием артиллерии высадить на берег десант.
     Байоннский гарнизон был деморализован в  первые  же  минуты  огневого
штурма. Граф, брызжа слюной, на чем свет стоит  проклинал  "вероломного  и
бесчестного Коротышку-Красавчика", но о капитуляции и слышать не хотел.  С
наступлением ночи стрельба поутихла, однако полностью  не  прекратилась  -
Эрнан велел  канонирам  изредка  напоминать  байоннцам  о  том,  что  день
грядущий им готовит.
     Подобные напоминания в ночи возымели свое  действие,  и  на  рассвете
Байонна сдалась. Как оказалось впоследствии, одно из таких  "напоминаний",
раскаленное массивное ядро, попало в графский дворец, да  так  метко,  что
рухнул потолок той комнаты, где как раз находились, держа совет, граф, оба
его сына и несколько его приближенных. И граф, и его сыновья,  и  все  его
приближенные погибли в завале, а уцелевшие байоннские  вельможи  расценили
это  происшествие,  как  предостережение  свыше,  и  приказали  немедленно
выбросить белый флаг. Они самолично явились пред  светлые  очи  Филиппа  и
заверили  его,  что  им  гораздо  милее  провозглашать  по-галльски:   "Да
здравствует принц!", чем по-французски: "Да здравствует король!"
     Филипп изволил в это поверить.
     Эрнан де Шатофьер с помпой принял капитуляцию всей байоннской армии.
     Однако Филипп не отдавал приказа о снятии осады. Он велел привести  к
нему тринадцатилетнюю дочь Рене Байоннского, Эвелину, которая после ночных
событий стала наследницей графства, и вошел в город  только  тогда,  когда
она принесла  ему  клятву  верности  как  своему  государю  (он  милостиво
позволил ей не преклонять при этом колени).
     Потом был подписан договор о присоединении Байонны к  Беарну.  Филипп
учредил опеку над  несовершеннолетней  графиней  Байоннской,  ее  опекуном
назначил себя, по праву опекуна расторгнул ее помолвку с Анжерраном де  ла
Тур и тут же обручил ее с младшим сыном графа Арманьяка.
     Трагедия закончилась фарсом. Не успела еще просохнуть земля на могиле
отца, как его дочь заснула в объятиях виновника его смерти...
     Захват  Филиппом  Байонны   прошел   почти   незамеченным   на   фоне
драматических событий, происходивших  в  то  же  самое  время  на  крайнем
юго-западе Европы. Локальный и, казалось бы, незначительный конфликт между
кастильским королем и его дядей, графом  Португальским,  повлек  за  собой
последствия глобального масштаба.
     Едва лишь в  Португалии  стало  известно  о  римском  военном  флоте,
направленном императором на подмогу королю  Кастилии,  тамошние  вельможи,
сторонники  самозваного  короля,  в  одночасье  превратились  в   яростных
приверженцев единого кастильского государства и, поджав хвосты, быстренько
выдали  в  руки  королевского  правосудия  мятежного  графа.   Таков   был
бесславный  итог  притязаний  Хуана  Португальского  на  роль  суверенного

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.