Случайный афоризм
Не тот писатель оригинален, который никому не подражает, а тот, кому никто не в силах подражать. Франсуа Рене де Шатобриан
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Ну? Как тебе понравился братик Матильды? Хорош, не так ли?
     Бланка встала с кресла,  пересела  на  диван  рядом  с  Маргаритой  и
положила голову ей на плечо.
     - Господи! - прошептала она. - Что со мной происходит?..
     - А что ИМЕННО с тобой происходит?
     - Я будто горю вся... сгораю...
     - Ты влюбилась?
     - Нет... Не знаю... - сбивчиво ответила Бланка. - Я ничего не знаю!
     - Зато я знаю - в тебе вспыхнула страсть. Поэтому ты вся и горишь. Ты
сгораешь от страсти. Со мной тоже так было...  Когда-то.  Очень  давно.  В
самый первый раз. - Маргарита  мечтательно  улыбнулась.  -  У  нас  гостил
Альберто Фарнезе,  теперешний  герцог  Пармский,  и  я,  одиннадцатилетняя
девчонка, влюбилась в него по уши. Будто с ума сошла.  На  третью  ночь  я
тайком пробралась в его спальню и залезла к нему в постель. В потемках  он
принял меня за одну из фрейлин моей матушки  -  со  всеми  вытекающими  из
этого последствиями; а утром... О! Я никогда не забуду выражения его лица,
когда он проснулся и увидел меня... Бланка, ты вся дрожишь!
     Бланка еще крепче прижалась к ней.
     - Мне зябко, Маргарита.
     - Но ведь только что ты горела.
     - А теперь мне зябко. Мне... мне страшно. Я боюсь...
     - Чего ты боишься?
     - Себя боюсь. Своих мыслей и...
     - И желаний, - помогла ей Маргарита. - Ты испытывала что-то похожее к
Красавчику?
     Бланка долго молчала, прежде чем ответить.
     - Да, - сказала она. - Только это сильнее, гораздо сильнее.  Когда  я
хотела... Когда меня тянуло к Филиппу, я всегда вовремя останавливалась. А
сейчас я боюсь, что не сумею остановиться. Что со мной. Маргарита?
     - Ты взрослеешь, вот и все. Твой  Филипп  пробудил  в  тебе  женщину,
Александр сделал тебя женщиной, а этот парень, надеюсь, научит  тебя  быть
женщиной. Все это естественно, и тебе нечего бояться. Отбрось все  страхи,
подчинись своим желаниям, дай волю своей страсти. И ты  увидишь,  как  это
прекрасно - любить и быть любимой. Ведь  сам  Господь  говорил,  что  суть
нашей жизни - любовь.
     - Ах, кузина! - в отчаянии простонала Бланка. - Не мучь  меня.  Прошу
тебя, не мучь... Пожалуйста...
     Маргарита вздохнула.
     - Ты сама себя мучишь, золотко. И не только себя - меня тоже.
     И это была истинная правда. Последние четыре месяца Маргарита жила  в
постоянном страхе перед будущим. Ее пугали возможные последствия  громкого
скандала, который разразится, когда Бланка  (а  когда-нибудь  она  все  же
решится на это) потребует развода с Александром, публично  обвинив  его  в
кровосмешении. Сам по себе скандал был бы даже выгоден Маргарите, так  как
позволял  ей  избавиться  от  своего  политического  противника  -   графа
Бискайского (хотя при этом  пострадала  бы  и  Жоанна,  которую  принцесса
по-своему  любила).  Но  в  данных  обстоятельствах  окажется   затронутой
фамильная честь кастильского королевского  дома,  и  гнев  могущественного
соседа, скорее всего, обрушится на всю Наварру, без разбора, кто конкретно
виноват в несчастьях Бланки - любимицы  всей  Кастилии  и  любимой  сестры
короля,  который  с  самого  начала  был  решительно  против  ее  брака  с
Александром Бискайским и только рад будет освободить ее от этих  тягостных
уз. В лучшем случае Альфонсо XIII денонсирует все мирные договоры и  умоет
руки, позволив  своим  воинственным  и  падким  на  чужие  земли  вассалам
действовать по собственному усмотрению. А тогда и Гасконь  с  Арагоном  не
останутся пассивными наблюдателями - с какой стороны ни глянь, под  угрозу
будет поставлено существование Наварры как самостоятельного государства.
     "Боюсь, - подумала  Маргарита,  -  мне  все-таки  придется  выйти  за
Красавчика..."
     - Бланка, - произнесла она вслух. -  Ты  должна  пообещать  мне  одну

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.