Случайный афоризм
Стихи, даже самые великие, не делают автора счастливым. Анна Ахматова
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                              Олег АВРАМЕНКО

                               ПРИНЦ ГАЛЛИИ



                         Пишу о том, чего сам я не видел, ни от других  не
                   слышал, о том, чего нет, да и быть никогда не могло, и,
                   следовательно, у читателей моих нет  никаких  оснований
                   написанному верить.
                                                        Луциан из Самосаты

                         Большинство книг - фантастические истории,
                   которые могли бы случиться.
                                                             Сэмюэл Дилэни



                                 ОТ АВТОРА

     Да простит мне читатель мою дерзкую самонадеянность, если  я  выскажу
свое мнение, что альтернативная  история  -  жанр  более  честный  и  даже
порядочный по сравнению с  традиционным  историческим.  Авторы  романов  о
нашем прошлом  беззастенчиво  эксплуатируют  историю,  глумятся  над  ней,
извращают ее в угоду своему замыслу - иногда столь блестяще  и  виртуозно,
что сводят насмарку все старания добросовестных историков донести до людей
правду о событиях дней минувших. Альтернативная же история не  соперничает
с академической наукой, она начинается там, где ученые мужи говорят,  что,
дескать, история не имеет сослагательного наклонения, что вопрос:  "А  что
было бы, если бы...?" - в высшей степени ненаучен, нелеп и не  заслуживает
мало-мальски серьезного рассмотрения. Альтернативная история  честна,  ибо
не лжет; она не искажает прошлое, а создает свое собственное,  генетически
связанное с нашим, но отличное от него. Если воспользоваться  аналогией  с
живописью,  то  автор  традиционного  исторического  романа  вносит   свои
коррективы в уже написанную картину, добавляя новые штрихи, мазки и  лица,
затушевывая    кое-что     неугодное     ему,     тогда     как     авторы
альтернативно-исторического жанра начинают практически с чистого холста  и
создают  целиком  собственное  произведение  -  в   меру   своих   сил   и
способностей. Как и абстрактная живопись, альтернативная история  по  сути
своей конструктивна, созидательна. Она заставляет нас по-новому  взглянуть
на мир, в котором мы живем, и задуматься над тем, что мы упустили, а  чего
наоборот - избежали...
     В своем романе  я  не  прибегаю  к  весьма  распространенному  приему
"привязки" сюжета к нашей реальности - вроде  того,  как  наш  современник
попадает в прошлое и постепенно убеждается в том, что это не то прошлое, о
котором он читал в книгах. Все мои персонажи - дети своего времени,  своей
эпохи, своей реальности; они принимают ее такой, какая она есть, и даже  в
мыслях не допускают, что история могла бы развиваться по другому сценарию.
Я старался вести повествование в таком ключе,  будто  пишу  для  людей  из
будущего того мира, где в действительности  происходили  описываемые  мною
события.  Работая  над  книгой,  я  исходил  из  предпосылки,   что   моим
гипотетическим читателям прекрасно известно, что  во  времена  варварства,
наступившие после падения Римской империи, некий  Корнелий  Юлий  Абруцци,
ставший затем Великим, далекий потомок  божественного  Октавиана  Августа,
объединил все итальянские земли в одно  государство  и  провозгласил  себя
Римским императором, королем Италии, а его потомки впоследствии  двинулись
на  север,  чтобы  вновь  покорить  Европу.  Для  людей   той   реальности
представляется само собой разумеющимся, что орды  хана  Батыя  никогда  не
вторгались  в  Центральную  Европу,  поскольку  в  битве  под  Переяславом

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.