Случайный афоризм
Написать книгу - это всегда в некотором смысле уничтожить предыдущую. Поль Мишель Фуко
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Покончив со списком вызывающих рыцарей,  главный  герольд  разразился
многословной  и  крайне  банальной  сентенцией   о   рыцарской   доблести,
немеркнущей славе ратных подвигов, любви прекрасных дам и прочих  подобных
вещах.  Король  Наварры  дал  знак  рукой,  маршал-распорядитель   турнира
повторил  его  жест,  громко  заиграли  трубы,  заглушив  последние  слова
герольда, и на арену въехали семь первых рыцарей.
     - Великолепный и грозный сеньор Хайме, граф  де  Барейро,  -  объявил
герольд и сделал выразительную паузу.
     От группы отделился всадник в черных, как ночь, доспехах  и  уверенно
направился к первому от помоста шатру.
     - Вызывает на поединок великолепного и грозного  сеньора  Александра,
графа Бискайи, наместника Басконии.
     На лице графа отразилось искреннее удивление, которое Филипп ошибочно
принял за испуг и презрительно фыркнул.
     - Великолепный и грозный сеньор Василий Козельский из далекой  страны
Московии...
     -  Ну  и  ну!  -  сказал  Филипп,  обращаясь  к  Габриелю.   -   Твое
предположение не так уж и безумно,  как  это  кажется  на  первый  взгляд.
Доспехи-то у московита лузитанские.
     Между тем Василий Козельский подъехал к шатру Филиппа  и  прикоснулся
копьем к его щиту. Герольд с несколько глуповатым воодушевлением сообщил:
     - Вызывает на  поединок  великолепного  и  грозного  сеньора  Филиппа
Аквитанского, принца Беарнского, графа Кантабрии  и  Андорры,  соправителя
Гаскони.
     - Хочет отомстить за кузена, - прокомментировал  Филипп,  при  помощи
Габриеля и Гоше взбираясь на лошадь. - Так сказать, поквитаться со мной за
попранную фамильную честь. Что ж, пусть попытается - попытка  не  пытка...
Но может таковой обернуться.
     Когда  последний  из  первой  семерки  рыцарей  вызвал  единственного
оставшегося после шести предыдущих вызовов зачинщика - Эрика Датского, все
семь пар противников заняли свои места по оба конца арены.
     Приглашение маршала-распорядителя, неуместные  откровения  герольдов,
призывное завывание труд - и, выставив вперед копья, Александр  Бискайский
и Хайме де Барейро во весь опор понеслись навстречу друг другу.
     Противники сшиблись, копья у обоих разлетелись в щепки, но  при  этом
граф Бискайский потерял равновесие, и лишь в последний момент ему  удалось
ухватиться за шею ставшего  на  дыбы  коня  и  избежать  падения.  Маршалы
единодушно признали его побежденным.
     Как бы невзначай, главный герольд обронил:
     -  Слава  победителю,  великолепному  и  грозному  сеньору  Хайме  де
Барейро.
     С невозмутимым видом  граф  де  Барейро  направился  к  шатру,  ранее
принадлежавшему  графу  Бискайскому.   По   правилам   состязаний,   место
потерпевшего поражение зачинщика занимал рыцарь, победивший его.
     Между  тем  на   трибунах,   где   зрителями   были   преимущественно
простолюдины и дворяне мелкого  пошиба,  начались  беспорядки.  Противники
иезуитов, искренне возмущенные весельем сторонников последних,  убедившись
в  своем  численном  превосходстве,   вознамерились   проучить   наглецов.
Вскорости стычки переросли в грандиозную потасовку, в связи с  чем  возник
незапланированный  перерыв,  и  пока  стражники  вместе   с   королевскими
гвардейцами унимали буянов, высокие гости от всей  души  забавлялись  этим
зрелищем.
     Наконец страсти поостыли и турнир возобновился. Филипп  в  прекрасном
стиле  вышиб  из  седла  Василия   Козельского,   чем   доставил   немалое
удовольствие  собеседнику  отца,   князю   Гедимину   -   как   выяснилось
впоследствии,  старший  брат  этого  боярина  был  царским  наместником  в
Карелии.
     Возвращаясь  обратно,  Филипп  увидел,  что  над  шатром   Александра
Бискайского     уже     развевается     красно-черное     знамя     ордена
иезуитов-меченосцев, под которым  выступал  граф  де  Барейро.  Не  будучи

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.