Случайный афоризм
Писатель, если он хорошо трудится, невольно воспитывает многих своих читателей. Эрнест Хемингуэй
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

ласково, но и нараспев. Александр вновь вздохнул, поднялся  с  табурета  и
молча направился к двери.
     - Ах, да! - в последний момент вспомнил он, вернулся к столику, вынул
из подсвечника свою свечу, пояснив с мрачной улыбкой: - Чего доброго,  еще
швырнете мне в спину, - и лишь затем вышел.
     - Интересно, о какой  это  сделке  он  говорил?  -  первым  отозвался
Монтини, когда  горничная  затворила  за  собой  дверь.  -  Что  он  хотел
предложить?
     - Наверняка собирался дать тебе  денег,  -  сказала  Бланка,  положив
голову ему на грудь. - Полагаю, тысяч десять, не меньше. Вот негодяй-то!
     - Но зачем? - удивился Этьен. - Чтобы  откупиться  от  меня?  Бланка,
родная, неужели ты подумала, что я соглашусь? Да ни за что! Никогда! Ни  в
коем случае! Ты мне дороже всех сокровищ мира.
     - Знаю, милый. Но он не то имел в виду. По-видимому, он хотел,  чтобы
ты прикупил себе земель и стал зажиточным сеньором. Чтобы он,  видишь  ли,
не стыдился тебя как моего любовника.
     - О! - только и сказал Монтини.
     - Какая низость!  -  гневно  продолжала  Бланка.  -  Предлагать  свои
грязные деньги! Ну, нет! Пусть лучше  я  опустошу  нарбоннскую  казну,  но
сама, без его помощи, соберу нужную тебе сумму.
     - Дорогая! - с горечью произнес Этьен. - Опять за  свое?  Пожалуйста,
не надо. Мне и так досадно,  что  я  вынужден  брать  у  тебя  на  текущие
расходы, а ты... Да пойми же, наконец,  как  это  унизительно  -  быть  на
содержании у любовницы. Ты, конечно,  прости  за  откровенность,  но  факт
остается фактом: моей дружбы ищут лишь всякие лизоблюды, а те, с кем бы  я
сам хотел дружить, относятся ко мне свысока, пренебрежительно.  Еще  бы  -
выскочка, содержанец. Вот если бы я смог как-то отличиться, завоевать себе
положение...
     Тут Бланка спохватилась и села в постели. Глаза ее радостно засияли.
     - Ах, да, совсем забыла! Кажется я нашла тебе достойную службу.
     - Правда? - оживился Этьен. - И какую же? Надеюсь, военную?
     - Да, военную.
     - Где?
     - И ни где-нибудь, а в королевской гвардии.
     - О-о...
     - Несколько дней назад  подал  в  отставку  один  из  лейтенантов,  -
объяснила Бланка. - Маргарита пообещала выхлопотать его патент для тебя  -
отец ей не откажет. Так что ты уже, считай, лейтенант гвардии.
     - Лейтенант?! - изумленно воскликнул Монтини. - Да это  же  курам  на
смех. Я - лейтенант! Ни единого дня в армии - а уже лейтенант!
     - Эка беда! Пусть и курам на смех, зато при дворе  ты  будешь  важной
персоной.
     - И опять же выскочкой.
     - Ошибаешься, милый. Патент-то вручу тебе не я, а король - причем  по
просьбе Маргариты. Ты понимаешь, что это значит?
     - Ну и что?
     - Вот глупенький! Всем известно, что  Маргарита  не  раздает  милости
направо и налево, она благоволит лишь к тем, кого уважает, это непреложный
факт.
     - Ты хочешь сказать...
     - Сообразил,  наконец?  Когда  при  дворе  узнают,  что  ты  назначен
лейтенантом по ее личной просьбе, то  сразу  поймут,  что  она  не  просто
терпит тебя из-за Матильды и ради нашей с ней дружбы, как  это  утверждают
злые  языки,  -  ведь  никакая  дружба  не  заставит  ее  сделать   услугу
несимпатичному ей человеку. Этим Маргарита покажет, что ты у нее в фаворе,
что она уважает тебя; а раз так, то и  отношение  двора  к  тебе  в  корне
изменится. Я здесь чужая, - в голосе Бланки явственно проступила грусть. -
Для сторонников короля  я,  прежде  всего,  жена  графа  Бискайского,  для
сторонников графа важно то, что я с ним не в ладах, и моя  благосклонность
ни тем, ни другим не указ. А Маргариту обожают все - и друзья, и враги;  и

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.