Случайный афоризм
У многих людей сочинение стихов - это болезнь роста ума. Георг Кристоф Лихтенберг
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

архиепископ Тулузский, пусть и сказанные сгоряча, послужат ей  достаточным
оправданием   перед   судом   Всевышнего.   Впрочем,   до   окончательного
раскрепощения Бланке было еще далеко. Как и прежде, она шокировала  подруг
своими нелепыми, абсурдными,  карикатурными  представлениями  о  приличии,
приходя в смущение от самых невинных женских разговоров, в которых ни одна
нормально воспитанная девушка, даже при всем желании, не нашла  бы  ничего
такого, о чем следовало бы из деликатности умолчать, - если, конечно,  эти
разговоры происходили сугубо между женщинами в отсутствие детей и мужчин.
     В постели с Монтини  Бланка  чувствовала  себя  скованно  и  неловко,
принимая в штыки каждую новую его ласку. Ее неотступно  преследовал  страх
перед разного рода извращениями - этими  коварными  ловушками,  которые  в
изобилии расставил  на  тернистом  пути  любви  враг  рода  человеческого,
завлекая в них неосторожных и чересчур горячих любовников. Как-то раз  она
в пылу страсти укусила Монтини, да так сильно, что тот взвыл от боли, а на
плече у него впоследствии появился внушительный синяк.  Потрясенная  своим
поступком Бланка немедленно прогнала Этьена прочь, сгоряча обвинив  его  в
том, что якобы он умышленно довел ее до такого состояния,  и  затем  целую
неделю не подпускала его к себе.
     В конце концов она сменила гнев на милость,  однако  за  время  опалы
Монтини сделал для себя ошеломляющее открытие. Он вдруг понял,  что  любит
ее всем сердцем, любит ее как женщину, а не как принцессу, и оттого  очень
испугался. Этьен был парень здравомыслящий и  даже  циничный  и  прекрасно
понимал, что для Бланки, как бы она не убеждала себя в обратном, их любовь
- лишь тихая, уютная гавань, где она решила временно укрыться от жизненных
бурь и невзгод, чтобы оправиться от жестоких ударов  судьбы,  восстановить
утраченное душевное равновесие и  со  свежими  силами  пуститься  в  новое
плавание к неведомым ему берегам. А он,  брошенный  и  забытый,  останется
влачить свое жалкое существование на этом берегу,  каждый  божий  день  до
боли в глазах  вглядываясь  в  пустынный  горизонт,  с  тоской  и  грустью
вспоминая навсегда ушедшее счастье...
     Пока еще не поздно, Монтини пытался бежать  из  Памплоны,  но  Бланка
вовремя спохватилась  и  отрядила  в  погоню  за  ним  дюжину  королевских
гвардейцев, которые быстро изловили беглеца и препроводили  его  назад  во
дворец. Увидев горькие слезы возлюбленной, Этьен мигом  позабыл  обо  всех
своих страхах и сомнениях, бросился ей в ноги, моля о прощении, и, конечно
же, был прощен. С тех пор он старался не думать о  будущем  и  жил  только
текущим днем.
     Когда граф Бискайский без предупреждения  ворвался  в  спальню  жены,
любовники, утомленные длительными утехами, едва лишь погрузились в  легкую
дрему. Бланка вскрикнула от неожиданности и подхватилась с подушки; в лицо
ей бросилась краска негодования.
     - Вы?! - гневно произнесла она. - Вы осмелились нарушить мой запрет?!
     Александр остановился возле кровати, держа в руке зажженную свечу. За
дверью слышалось встревоженное кудахтанье сонной горничной.
     - Погодите, сударыня, не кипятитесь. Я пришел  совсем  не  для  того,
чтобы проситься к вам в постель. Тем  более,  что  место  в  ней,  похоже,
занято всерьез и надолго.
     -  Ах,  какое  великодушие,  граф!  Какой  широкий  жест!  Я,  право,
польщена... Гм... Так чему же я обязана честью  вашего  визита,  позвольте
спросить?
     Граф  вставил  свечу  в  пустой  подсвечник  на  туалетном   столике,
пододвинул ближе к кровати низенький табурет с  обитым  красной  бархатной
тканью мягким сидением и осторожно опустился на него.
     - Чему, спрашиваете?  Скорее,  кому,  -  и  он  вперился  взглядом  в
оробевшего Монтини.
     - Даже так! - Вдруг Бланка сообразила, что она  совершенно  голая,  и
торопливо натянула на плечи одеяло; Этьену и вовсе захотелось  укрыться  с
головой, чтобы спрятаться от  пронзительного  взгляда  графа,  который  не
сводил с него глаз. - Ну и ну! Это уже интересно.
     - Очень интересно, сударыня, - с готовностью согласился Александр.  -

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.