Случайный афоризм
Желание быть писателем - это не претензия на определенный статус в обществе, а бытийная устремленность. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

заслужу вашу любовь.
     - Нет. Этого никогда не случится.
     - Не будьте так категоричны, - с мольбой в голосе произнес  Габриель.
- Прошу вас, подумайте, не спешите с ответом.
     - Здесь нечего думать, - упрямо покачала головой Матильда. - Простите
меня за прямоту, но я не хочу внушать вам несбыточных надежд.  Мое  сердце
навсегда отдано другому. Я буду принадлежать лишь ему - или вообще никому.
     "Вот видишь!" - назидательно отозвалась дурь и что было мочи  ударила
Габриелю в голову.
     - Ну, нет, бесстыжая! - воскликнул он, хватая  ее  в  объятия.  -  Ты
будешь принадлежать мне!
     Матильда не кричала, не звала на помощь. Она была так  напугана,  так
потрясена происходящим, что даже не пыталась сопротивляться...
     Когда на рассвете Филипп возвратился от Маргариты, что-то дернуло его
в первую очередь заглянуть в комнату  дежурного  дворянина,  и  там  он  с
удивлением обнаружил, что полог кровати отброшен, сама кровать пуста, а  в
небольшом кресле рядом, понурив голову, неподвижно сидит Габриель.  Сперва
Филиппу показалось, что он спит.
     - Вот чудеса-то! - озадаченно пробормотал он.
     Габриель вздрогнул и поднял голову - он вовсе не спал.
     - Прошу прощения, монсеньор. Я велел Марио и его  девчонке  убираться
прочь.
     - Однако! - с улыбкой произнес Филипп. - Какой ты суровый... Но  нет,
постой! - Он подошел ближе, присел на кровать и пристально всмотрелся  ему
в лицо. - Что-то случилось?
     - Да.
     - И что?
     - Вы были правы, - с жутким спокойствием ответил Габриель. -  Наломал
я дров.
     - Так что же  приключилось,  в  конце  концов?  Вы  поссорились?  Она
прогнала тебя?
     - Много хуже.
     - Хуже! - Филипп так и подпрыгнул. - Что - хуже? Ну! Отвечай, черт бы
тебя побрал!
     - Э... Я... того... против ее воли...
     - МАТЕРЬ БОЖЬЯ! - вскричал пораженный Филипп. - Ты  что,  изнасиловал
ее?!
     Габриель  утвердительно  кивнул;  глаза  его  бездумно  блуждали   по
комнате.
     Филипп схватился за  голову,  затем  вскочил  на  ноги,  затем  будто
передумав, сел, снова встал, нервно прошелся  из  угла  в  угол,  вернулся
обратно к кровати, в ярости сорвал с нее полог и, не разуваясь, бухнулся в
постель.
     - Вот-те нате, елки-палки зеленые! - наконец, прорвало его. - Что  же
ты наделал, сукин сын?! Ну, и сюрпризик ты мне преподнес, нечего  сказать,
хороший!.. Засранец чертов, говнюк! Все лето девки наперебой цеплялись ему
на шею, стоило лишь пальцем шевельнуть, чтобы они легли и сами  себе  юбки
позадирали. Но нет, он, видите ли, искал единственную и неповторимую,  так
сказать, любовь всей своей жизни - а когда нашел... Ну все, баста! Это мне
наглядный  урок.  Впредь  я  не  потерплю  в  своем  окружении  не  только
педерастов, но и девственников старше  шестнадцати  лет  -  этих  сопливых
юнцов,  которые   сторонятся   женщин,   забивая   себе   голову   всякими
романтическими бреднями  о  чистой  и  возвышенной  любви,  ночью  втихаря
рукоблудят и, в конечном итоге, становятся насильниками... - Филипп  остыл
так же внезапно, как и взорвался. - Ладно. Теперь рассказывай.
     Габриель поведал ему обо всем, кроме своей встречи с Симоном.  Филипп
внимательно выслушал его, ни разу не  перебив,  затем,  помолчав  немного,
медленно произнес:
     -  Да-а,  хорошенькое  дело!..  Ты,  кстати,  отдаешь  себе  отчет  в
возможных последствиях своего безрассудного  поступка?  Ведь  Матильда  не

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.