Случайный афоризм
Никто не может быть хорошим поэтом без душевного огня и без некоторого вдохновения - своего рода безумия. То же самое говорят Демокрит и Платон. Марк Туллий Цицерон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

имела на нее огромное влияние.
     - Вот и хорошо, душенька. Позже мы непременно все тебе  расскажем,  а
пока пусть господин де Шатофьер проведет тебя и барона в мои покои.
     Тем временем Эрнан отвел Гамильтона в сторону и извлек из-за отворота
камзола пергаментный свиток.
     - Надеюсь, вы читаете по-галльски, барон?
     - В общем-то, да.
     - А вы помните, что случилось с замком шейха эль-Баттиха, когда  наши
лазутчики устроили пожар в его пороховом погребе?
     - Конечно, помню. Весь замок взлетел на воздух. Но к чему вы клоните?
     - А вот к чему, - сказал Эрнан, сунув Гамильтону  в  руки  свиток.  -
Когда вы прочитаете княжне то, что здесь написано, с  ней  случится  нечто
подобное. И я убедительно прошу вас, барон: войдя в покои  госпожи  Бланки
заприте  на  все  запоры  дверь,  проведите   княжну   в   спальню...   Не
беспокойтесь, там все в полном порядке, постель  убрана,  никаких  дамских
вещичек на виду не валяется, обстановка опрятная и приличная. Я сказал: "в
спальню" только потому, что это самая дальняя комната, и  никаких  криков,
рыданий и причитаний с коридора слышно не будет.
     - А эти самые крики, рыдания и причитания - они будут?
     - Еще бы! Да такие, что не приведи господь.  И  ваша  задача,  барон,
состоит в том,  чтобы  ни  в  коем  случае  не  позволить  госпоже  Жоанне
немедленно броситься к нам за разъяснениями.  Постарайтесь  успокоить  ее,
утешить... ну, вы понимаете,  как  может  мужчина  утешить  женщину....  И
обязательно заприте входную дверь... Ах да, насчет двери. - Он  повернулся
к Жоанне, которая как раз  поднималась  при  помощи  Бланки  с  кресла:  -
Сударыня, ваш брат, случайно, не просил оставить незапертой дверь?
     - Да, просил, - ответила окончательно сбитая с  толку  Жоанна.  -  Он
оставил здесь свой дорожный плащ и шляпу и на рассвете собирается зайти за
ними. Ну, и сказал, что не хочет будить меня.  К  тому  же  вместе  с  ним
должна вернуться и Дора - вот тогда она и запрет дверь на щеколду.
     - Понятно, - сказал Эрнан. - Итак, сударыня, барон, вы готовы идти со
мной.
     - Да, - ответил Гамильтон,  сжимая  в  руке  свиток.  -  Ведите  нас,
господин граф.
     Проводив  Ричарда  Гамильтона  и  Жоанну  Наваррскую,  Эрнан   вскоре
вернулся в покои княжны и застал Филиппа и Бланку, сидевших  на  диване  в
прихожей и целовавшихся.
     - Ну вот!  -  с  притворным  недовольством  констатировал  он.  -  До
намеченного покушения осталось не более получаса, а  они  себе  нежничают,
как ни в чем не бывало.
     Поначалу Бланка смутилась, но потом, встретившись с  доброжелательным
взглядом Шатофьера, успокоилась и позволила Филиппу вновь обнять себя.
     - Чертов монах! - буркнул Филипп, подражая Гастону. - Тебе не понять,
каково это - любить женщину.
     - Это мне-то... - с неожиданным пылом начал было  Эрнан,  но  тут  же
прикусил свой язык. - Мне-то как раз и не положено этого понимать. Ведь  я
дал обет целомудрия.
     Той ночью он был так взвинчен, что на какое-то мгновение потерял  над
собой контроль. Но,  увы,  от  жарких  поцелуев  Бланки  Филипп  полностью
разомлел и упустил уникальную возможность заглянуть другу  в  самую  глубь
его души.
     - Насколько я понимаю, - после неловкой паузы заговорил он, - ты...
     - Я ничего не понимаю! - резко оборвал  его  Шатофьер.  -  Ведь  граф
Бискайский еще полтора часа назад мог спокойнехонько  убить  и  сестру,  и
горничную, и сразу же убраться восвояси. Зачем ему вообще нужен был виконт
как помощник, черт его дери! В конце концов, он мог просто отравить ее - и
кто бы его заподозрил? Нет, я ничего не  понимаю!  Ровным  счетом  ничего.
Здесь кроется что-то еще, что-то  такое,  чего  я  никак  не  могу  усечь.
Чего-то во всем этом деле я не улавливаю, хотя чувствую - объяснение  всей
этой белиберде находится где-то рядом, что-то вертится в моей  голове,  но

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.