Случайный афоризм
То, что по силам читателю, предоставь ему самому. Людвиг Витгенштейн
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     -  Да,  монсиньор,  я  все   понимаю.   Только   в   случае   крайней
необходимости.
     - Ты очень сообразительная девчонка, - похвалил ее Филипп. -  Ч-черт!
Ты такая умница, что, пожалуй, я тебя поцелую... Но в щечку.
     Филипп легонько чмокнул девушку в щеку, взял у нее зажженную свечу  и
прошел в соседнюю комнатушку, которая  служила  мыльней.  Посреди  комнаты
стояла довольно большая деревянная лохань, наполовину  заполненная  теплой
мыльной водой. Положив полотенце на  длинную  скамью  и  поставив  там  же
свечу, Филипп быстро забрался в лохань и по грудь погрузился в  воду.  При
одной только мысли, что эта самая вода недавно ласкала  тело  Бланки,  его
охватила сладкая истома. Он в блаженстве откинул голову и закрыл глаза.
     Перед мысленным взором Филиппа со стремительностью молнии  пронеслись
все пять лет его жизни в Толедо, начиная с того момента, как он на  первом
приеме у Фернандо  IV  увидел  хрупкую  одиннадцатилетнюю  девчушку,  лишь
неделю назад ставшую девушкой, и оттого смущенную, обескураженную  и  даже
угнетенную  новыми,  непривычными  для  нее  ощущениями.  Вопреки  строгим
правилам дворцового этикета, она жалась к своему  брату  Альфонсо,  ища  у
него поддержки и утешения.  Сначала  Филипп  посмотрел  на  нее  просто  с
интересом, вполне объяснимым - как-никак, она была его троюродной сестрой.
А потом, когда их взгляды встретились...
     Впрочем, тогда он еще  ничего  не  почувствовал.  Но  именно  с  того
момента, именно в тот самый миг его первая возлюбленная и его единственная
любовь окончательно и бесповоротно превратилась в  тень  прошлого.  Сердце
Филиппа стало свободным для новой любви, однако боль и горечь  утраты  еще
были свежи в его памяти, и за эти пять лет ни одна женщина не смогла стать
для него тем, кем была Луиза, - и не потому, что все они ей и  в  подметки
не годились, как он пытался убедить сам себя.  На  самом  же  деле  Филипп
панически, до ужаса боялся снова  потерять  любимого  человека,  и  потому
боялся снова полюбить, полюбить по-настоящему. Он хранил  в  своей  памяти
образ  Луизы  как  щит,  прикрывая  им  свое  сердце,  что  позволяло  ему
увлекаться женщинами, влюбляться в них, заниматься с ними любовью, не любя
их всем своим естеством. Он даже не замечал, как этот  образ  со  временем
менял свои очертания: светло-каштановые волосы постепенно темнели,  фигура
становилась хрупче, глаза - бойче, живее, ум  -  острее,  манеры  -  более
властными  и  мальчишескими.  И  вот,  в  один  прекрасный   день   Филипп
внимательнее всмотрелся в образ своей любимой и вдруг понял, что она жива,
что она рядом с ним. Он осознал, какую пустоту носил в своей душе все  эти
годы, лишь когда ее целиком заполнила другая женщина,  и  он  захлебывался
слезами, в последний раз оплакивая давно умершую Луизу и радуясь  рождению
новой любви...
     Выйдя  из  мыльни,  Филипп  обнаружил,  что  дверь  в  спальню   чуть
приоткрыта и оттуда  доносится  оживленное  шушуканье.  Он  мигом  обернул
полотенце вокруг бедер, на цыпочках подкрался к  двери  и  прислушался.  В
спальне болтали две девушки. Большей частью  говорила  гостья  Бланки,  но
тараторила она так быстро и с таким жаром, что Филипп ровным счетом ничего
не  разобрал,  за  исключением  того,  что  разговор  между   ними   велся
по-кастильски и предметом обсуждения был он сам.
     На какое-то мгновение после  тихого  "да"  Бланки,  произнесенного  в
явном  замешательстве,  в  спальне  воцарилась   тишина,   которая   затем
взорвалась звонким, жизнерадостным  и  очень  заразительным  смехом  Елены
Иверо.
     - Ах ты моя маленькая проказница!... Нет, подумать только! Ты.. Ты...
     Филипп тактично постучал в дверь, вдобавок громко прокашлялся и вошел
в спальню.
     - Добрый вечер, принцессы. Как поживаете?
     Обе девушки сидели в обнимку на краю  кровати.  Елена  была  одета  в
вечернее платье темно-синего цвета, Бланка - в розовый кружевной  пеньюар.
Перед ними стоял невысокий столик, обильно уставленный всяческими  яствами
и напитками.
     - Рада вас видеть, кузен, - с улыбкой произнесла Елена. - Особенно  в

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.