Случайный афоризм
Отвратительно, когда писатель говорит, пишет о том, чего он не пережил. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Тибальдом Шампанским и графом Оской  и  натравливала  их  друг  на  друга,
проявляя при том  незаурядное  остроумие,  утонченное  коварство  и  почти
полнейшее бессердечие, а несколько ее кузин и кузенов искренне забавлялись
этим представлением.
     Появление   Филиппа   присутствующие   восприняли   с    неподдельным
изумлением. На мгновение в зале воцарилась  напряженная  тишина;  двадцать
пар осовелых глаз с немым вопросом уставились на него.
     - Вот как! - озадаченно произнес Фернандо Уэльва. - Вы уже кончили?
     Сказанная им пошлость была весьма  характерна  для  его  отношений  с
Бланкой, которую он ненавидел так же люто, как нежно любил ее Альфонсо,  а
она, в свою очередь, отвечала обоим братьям взаимностью, любя  старшего  и
презирая младшего. В этой  семейной  вражде  Филипп  всякий  раз  принимал
сторону Бланки, чем  снискал  себе  глубокую  ненависть  Фернандо,  и  тот
никогда не упускал случая уязвить его какой-нибудь едкой остротой  -  что,
впрочем, в равной степени относилось и к Филиппу.
     Грубая  шутка  Фернандо,  видимо,  пришлась  по   вкусу   большинству
пирующих, и зал просто таки сотрясся от гомерического  хохота,  в  котором
особо выделялся сочный баритон  Шатофьера  и  густой  бас  Пуатье.  Филипп
подошел ближе к компании  Маргариты  и  устремил  на  кастильского  принца
пронзительный взгляд.
     - Каждый думает в меру своей распущенности, кузен Уэльва,  -  ответил
он, когда смех немного поутих. - Что же касается меня, то я лишь  проводил
кузину Бланку до ее покоев.
     - Однако долго вы ее провожали, -  не  унимался  Фернандо.  -  Больше
часа... Ага! Понятненько! Все в порядке, господа. Моя сестра, оказывается,
поселилась где-то по соседству, и кузену  Аквитанскому  пришлось  отвозить
ее.
     - А к вашему сведению, - вставила  словечко  Маргарита,  -  ближайшее
людское поселение, мужской монастырь августинцев, находится в  двух  милях
отсюда, так что нашему дорогому кузену пришлось  здорово  попотеть,  чтобы
уложиться в один час... Вы, случаем, лошадь не загнали, кузен?
     Присутствующие  так  и  покатились  со  смеху.  Филипп  не  на  шутку
разозлился, но  никакой  достойной  отповеди  насмешникам,  кроме  грязных
ругательств, не приходило в его затуманенную хмелем голову.
     - А ему это не впервой, - заметил  Фернандо.  -  В  бытность  свою  в
Толедо он имел обыкновение назначать по нескольку свиданий в одну ночь.
     - Ну и как? - вяло поинтересовался Педро Арагонский. - Успевал?
     - Ясное дело, успевал. Он же вездесущ и неутомим.
     - Какое счастье, что я оставил свою сестру в Шалоне,  -  с  серьезной
миной констатировал Тибальд Шампанский. - Так я чувствую  себя  более  или
менее спокойно. Хотя, надо признаться,  если  я  подолгу  не  вижу  кузена
Аквитанского, меня начинает мучить дурные предчувствия.
     Опять хохот.
     - Надеюсь, - отозвалась Маргарита, -  с  кузиной  Бланкой  по  дороге
ничего не случилось?
     - А что с ней могло случиться? - с циничной ухмылкой произнес Филипп,
наконец совладав с собой. - Кто-кто, но вы, Маргарита, должны  знать,  что
ничего особенного. С вами же было все в полном порядке, не так ли? Вы даже
не забеременели, насколько мне известно.
     Смешки в зале мигом умолкли. От неожиданности Маргарита  остолбенела.
Королева Констанца Орсини, Жоанна Наваррская, Изабелла и Мария  Арагонские
стыдливо опустили глаза, а Тибальд Шампанский и  Педро  Оска  вскочили  со
своих  мест  и,  сжав  кулаки,   медленно   двинулись   к   Филиппу.   Эта
медлительность придавала их угрозе некую зловещую  внушительность.  Филипп
ожидал их приближения с олимпийским спокойствием. Синева его глаз,  обычно
чистая и глубокая, как весеннее  небо  над  Пиренеями,  поблекла  и  стала
напоминать скованное льдом зимнее озеро.
     Эрнан тоже встал.
     - Сейчас будет драчка! - громко сообщил он. -  Двое  на  одного.  Ну,
ничего, невелика беда. Держитесь, государь, я иду на подмогу. Вместе мы их

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.