Случайный афоризм
Проблема искусства есть проблема перевода. Плохие писатели те, кто пишут, считаясь с внутренним контекстом, не известным читателю. Нужно писать как бы вдвоем: главное здесь, как и везде, - научиться владеть собою. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

головы, то беспомощно разводили руками; они никак не могли взять  в  толк,
что же происходит с их королем.
     На третий день тошнота прошла, но это не обмануло Альфонсо.  Слабость
все больше одолевала его. Даже незначительное умственное напряжение быстро
утомляло, он слишком много спал, очень мало ел -  у  него  напрочь  пропал
аппетит,  и  каждый  кусок  пищи  ему  удавалось  проглотить  лишь   ценой
невероятных усилий.
     Перечитав реляции своего посла в Риме о течении болезни Святого Отца,
Альфонсо избавился от последних сомнений и одновременно лишился  последних
надежд - и его, и папу отравили, причем одним и тем же ядом.
     Открыв эту ужасную истину, отравленный король ничем  не  выдал  своих
подозрений. Прекрасно понимая, что сейчас сторонники  Инморте  и  Фернандо
начеку,  Альфонсо  отверг  соблазн  послать  навстречу  Эрнану   гонца   с
распоряжением немедленно казнить Фернандо. Он знал, что его письмо вряд ли
дойдет по назначению, и этим он лишь откроет  врагу  все  свои  карты,  не
говоря уж о том, что приговорит гонца, в сущности, ни  в  чем  неповинного
человека, к почти неминуемой смерти.
     Альфонсо оставалось только ждать и надеяться, что у Эрнана хватит ума
превысить свои полномочия, или же, в крайнем случае, что он  будет  строго
придерживаться полученных указаний передать  ему  брата  из  рук  в  руки,
угрожая тут же прикончить его, если  кто-то  попытается  воспрепятствовать
этому. И тогда, как уже твердо  решил  Альфонсо,  Фернандо  живым  из  его
спальни не выйдет.
     Наши друзья прибыли  в  Толедо  пополудни  на  седьмой  день  болезни
короля. Дворцовая стража была предупреждена заранее, и  как  только  Эрнан
назвался, его немедленно провели в королевскую опочивальню.
     При виде вошедшего Шатофьера Альфонсо приподнялся на подушках и велел
всем присутствующим оставить  их  вдвоем.  Усталый  взгляд  его  оживился,
дыхание участилось, а на щеках от волнения проступил слабый румянец.
     -  Ну!  -  нетерпеливо  произнес  он,  едва  лишь  двери  опочивальни
затворились за последним из вышедших дворян.
     Эрнан почтительно поклонился.
     - Государь! Согласно вашему приказанию, ваш брат дон  Фернандо,  граф
де  Уэльва,  был  казнен  утром  восьмого   ноября   в   замке   Калаорра,
принадлежащем дону  Клавдию,  графу  де  Эбро.  Приговор  был  приведен  в
исполнение именем вашего величества, с  согласия  вышеупомянутого  сеньора
дона Клавдия и с соблюдением всех необходимых формальностей.
     Альфонсо облегченно  вздохнул.  Томливая  неопределенность  последних
дней наконец была разрешена, и у него будто гора с плеч свалилась. Он вяло
махнул рукой, указывая на стул возле кровати.
     - Прошу садиться, господин граф. Расскажите все по порядку.
     Эрнан осторожно устроился на довольно хрупкого вида стуле  и  поведал
королю обо всем, что произошло в Калаорре, не преминув также  упомянуть  и
про двухсотенный отряд гвардейцев, явно пришедших на выручку Фернандо.
     - Это Саламанка, - промолвил Альфонсо. - Определенно, это  его  рука.
Оказывается, он знал больше, чем я полагал... Нет, это безобразие! Это уже
ни в какие рамки не вкладывается. Я еще жив, я еще в здравом уме и твердой
памяти, а мои ВЕРНЫЕ вельможи уже закусили удила. Черт-те что вытворяют! И
что мне с ними делать, ума не приложу...  Впрочем,  с  ними  пусть  Бланка
разбирается, уж она-то найдет способ их усмирить. А  я...  Хотите  верьте,
граф, хотите нет, но я чувствую на своем  затылке  дыхание  смерти...  оно
ледяное... Старуха с косой настигает меня.
     Любой царедворец на  месте  Эрнана  принялся  бы  убеждать  короля  в
обратном, но Эрнан не был царедворцем. Он промолчал. Не  гоже,  думал  он,
утешать королей. Это унижает их достоинство.
     - Но нет! - спустя минуту  отозвался  Альфонсо.  -  Одно  я  все-таки
сделаю. Позовите хранителя печати, господина де Риаса, он  должен  быть  в
соседней комнате.
     Эрнан  исполнил  просьбу  короля.  Хранитель   печати   действительно
находился в соседней комнате, ожидая,  когда  освободиться  король,  и  по

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.