Случайный афоризм
Мы знаем о литературе всё, кроме одного: как ею наслаждаться. Дж.Хеллер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Ну да. И этот ответ чуть  было  не  запоздал.  У  меня  уже  начало
иссякать терпение. Я не знал, что мне и думать, и, признаться, даже  начал
всерьез помышлять о  том,  чтобы  тайком  пробраться  в  Кастель-Бланко  и
самолично прикончить Фернандо. К счастью, все обошлось, и теперь, если дон
Альфонсо умрет, королевой Кастилии станет Бланка.  Осмелюсь  предположить,
что при ней иезуиты будут  с  ностальгией  вспоминать  о  двух  предыдущих
царствованиях.
     - Что верно, то верно, - согласился Гастон. -  Уж  она-то  задаст  им
перцу... Ай, черт! - вскричал он,  пораженный  внезапной  мыслью.  -  Ведь
тогда Филипп может стать королем!
     - А он и станет королем, - невозмутимо подтвердил  Эрнан.  -  Королем
Галлии.
     - Нет, дружище, не о том речь. Боюсь, ты не понял меня...
     Эрнан тоже сел в постели и отрицательно покачал головой.
     - Я прекрасно понял тебя, Гастон. Я еще неплохо соображаю и полностью
отдаю себе отчет в том, что теперь  у  Филиппа  появится  большой  соблазн
разорвать свою помолвку с Анной Юлией и жениться на Бланке.  Но  этому  не
бывать! Не бывать, уразумел? Пока я жив, я не допущу этого - хоть  как  бы
там я ни любил Филиппа и ни уважал  Бланку.  Пускай  себе  любятся,  пусть
плодят детей, но жениться я  им  не  позволю.  Дудки!  В  конце  концов  я
гасконец, я галл. Галлия моя страна - а Филипп должен стать ее  государем.
Если же он вздумает противиться своей судьбе,  то  я  силой  заставлю  его
пойти под венец с Анной Юлией и таки посажу их обоих на  престол...  Чисто
по-человечески, мне, конечно, жаль Бланку и Филиппа,  они  просто  созданы
друг для друга, но они не обычные  люди,  от  их  решения  зависят  судьбы
миллионов  людей,  и  осознание  всей   глубины   своей   ответственности,
ответственности перед Богом и  грядущими  поколениями,  должно  помочь  им
преодолеть свои человеческие слабости. А в случае чего - я буду  начеку  и
подстрахую их.
     С этими словами Эрнан бухнулся головой на подушку  и  спустя  секунду
комнату сотряс его могучий храп.



        27. ЛЕДЯНОЕ ДЫХАНИЕ СМЕРТИ

     Впервые король Кастилии Альфонсо XIII почувствовал себя плохо вечером
во время заседания Государственного Совета. Внезапно  у  него  закружилась
голова, перед глазами поплыли разноцветные пятна, на лбу выступил холодный
пот, а все тело  прошиб  озноб.  Он  мертвенно  побледнел,  пошатнулся  и,
наверное, упал бы с кресла, если бы его не поддержал камергер.
     Члены  Совета  тотчас  прекратили  прения  и  устремили   на   короля
встревоженные взгляды. Губы графа Саламанки тронула злорадная усмешка,  но
он тут же спрятал ее и изобразил на своем лице искреннее  участие  -  даже
чересчур искреннее, подозрительно искреннее.
     Между  тем  король  мягко  отстранил  от   себя   камергера,   кивком
поблагодарив его за помощь. Озноб и головокружение прошли. Он вытер со лба
испарину, вяло улыбнулся и сказал:
     - Все в порядке, господа. Верно, я переутомился.
     А внутри у него что-то оборвалось. "Господи! -  подумал  Альфонсо.  -
Неужели Шатофьер прав?.. Господи, я еще так молод, я так хочу жить...  Ах,
Фернандо, Фернандо! Как же ты мог, Каин?" Он с трудом проглотил застрявший
в горле комок и продолжил совещание.
     На следующее утро король был уже не в состоянии подняться с  постели.
Им овладела необычная  слабость,  мысли  едва  ворочались  в  его  голове,
которая время от времени начинала кружиться, и  тогда  перед  его  глазами
выплясывали   свой   зловещий   танец   разноцветные   пятна   неприятных,
отталкивающих, ядовитых оттенков. Чуть позже, к обеду, его затошнило и  то
и дело рвало; вскоре его стало рвать желчью. Лекари, которые всего  неделю
назад уверяли его, что  он  совершенно  здоров,  теперь  то  хватались  за

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.