Случайный афоризм
Настоящее наследие писателя - это его секреты, его мучительные и невысказанные провалы; закваска стыда - вот залог его творческой силы. Эмиль Мишель Чоран
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

зажечь лампу от свечи (к счастью, не убило), посетовал на  царящее  вокруг
невежество (хотя сам с трудом понимал закон Ома),  затем  с  бухты-барахты
поинтересовался, не видела ли  я  сегодня  Бранвену.  Я  сказала,  что  не
видела, и мысленно посочувствовала ему. Вот уж угораздило его так неудачно
влюбиться. Две недели назад он обратился к Бранвене с предложением руки  и
сердца, но услышал в ответ только смех. Смех не издевательский, а горький.
Что ты сделала с нами, Диана?..
     Во время нашего с Мак Кормаком разговора Маэлгон молчал и лишь  глупо
улыбался,  глядя  на  меня   собачьими   глазами.   Менее   проницательный
наблюдатель на моем месте решил бы, что он строит из  себя  идиота,  но  я
знала, что это не так. Его тоже угораздило и тоже неудачно. Бедные ребята!
Неразлучная парочка неудачников...
     Со мной связался Морган Фергюсон и сообщил, что Артур, Брендон и Дана
уже в Экваторе. Я вежливо ответила, что знаю.  Впрочем,  он  знал,  что  я
знаю. Просто ему хотелось поболтать  со  мной,  вот  он  и  воспользовался
предлогом. Я не имела ничего  против  и  пошла  к  нему.  Морган,  хоть  и
редкостный нахал, совсем неплохой парень, очень интересный собеседник.
     Я  застала  Фергюсона  в  августейшем  обществе  королей  Готланда  и
Атлантиды и его светлейшего высочества князя-протектора Галлиса. Эти трое,
едва лишь прослышав о Формирующих, не замедлили явиться  в  Авалон,  чтобы
променять абсолютную власть на вечную  молодость  и  могущество.  Артур  с
большой помпой  принял  от  них  присягу  верности,  засадил  своих  новых
вассалов  за  книги,  а  себя  провозгласил  императором   Нового   Света.
Объединение мира под сенью нашего Дома шло своим  чередом.  Приблизительно
через  месяц  ожидалось  прибытие  нескольких  европейских  правителей   с
аналогичными намерениями. Перед соблазном фактического бессмертия не могло
устоять никакое честолюбие.
     При моем  появлении  гости  Моргана  заторопились.  Почему-то  многие
считали, что у нас роман, а мы не спешили никого  разубеждать.  Лично  мне
это было на руку - авторитет Фергюсона ограждал меня от попыток ухаживания
со стороны других мужчин. Правда, до недавнего времени Морган имел  дурную
привычку  распускать  руки,  когда  мы  оставались  наедине,  все  норовил
потискать  меня,  за  что  я  награждала  его  пощечинами,  а  он  получал
наслаждение и от того, и от другого. Однако с тех пор, как он искупался  в
Источнике, мы стали просто друзьями.
     Перед уходом  Хендрик  Готийский  поинтересовался,  не  будет  ли  он
допущен  к  Причастию  по  высокому  мастерству.  Я  ответила   уклончиво,
сославшись на то, что проведенные тесты не дали однозначно  положительного
результата, но и отчаиваться еще рано. Молодой король  атлантов,  василевс
Константин, при этом скептически улыбался.  Он  был  гораздо  умнее  своих
коллег и прекрасно понимал, что им троим "высокое мастерство"  не  грозит.
Как главы в недавнем прошлом не очень  дружественных  государств,  они  не
вправе рассчитывать на какие бы то ни  было  поблажки.  Здесь  нет  ничего
личного, это политика.
     Когда  главы  ныне  дружественных  и   добровольно   присоединившихся
государств ушли, Морган подождал, пока я сяду, затем  устроился  в  кресле
напротив, с вожделением взглянул на мои коленки (несмотря на мой маленький
рост, ноги у меня очень красивые, в  частности  поэтому  я  ношу  короткие
юбки) и, скорее по привычке, чем  в  надежде  сломить  мое  сопротивление,
сказал:
     - Боюсь, о постели мне нечего и мечтать.
     - Почему же, мечтать можешь, - с улыбкой подыграла ему я. - Но только
мечтать.
     Морган вздохнул  и  возвел  горе  очи.  Сейчас  он  обижено  мяукнет,
подумала я. Еще в  детстве  у  меня  выработалась  привычка  отождествлять
знакомых мне людей с животными. Так отец  был  для  меня  большим  могучим
драконом, Артур - драконом поменьше, мама - доброй ласковой  львицей,  дед
Янус - старым мудрым львом, а Брендон - серым волчонком. С  момента  нашей
первой встречи я однозначно ассоциировала Моргана с котом, поначалу  из-за
его желто-зеленого глаза, но вскоре убедилась, что он действительно  похож

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.