Случайный афоризм
То, что написано без усилий, читается, как правило, без удовольствия. Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

могу во всем положиться на нее, могу доверять ей, как  никому  другому.  Я
считал ее почти ангелом, она казалась мне чистой и непорочной, и  я  любил
ее - как сестру и как человека. У Бренды были свои причуды - и  я  находил
их очаровательными, особенно ее экстравагантную манеру одеваться;  были  у
нее свои проблемы - и я очень хотел помочь ей, но пока что не знал как...
     Все эти мысли пронеслись в моей голове,  когда  я  смотрел  на  часы.
Здесь, на Земле Артура, на широте Авалона было около  трех  пополуночи.  Я
переключил циферблат на Страну Вечных Сумерек  -  повсюду  шел  пятый  час
терции, начиналась сиеста. Далее, на  Земле  Гая  Аврелия,  в  Европе  был
поздний вечер. Что  ж,  и  там  и  там  подходящее  время.  Коль  скоро  я
бездельничаю, можно поговорить с моим уполномоченным в Экваторе и  узнать,
как продвигаются дела с вербовкой "подсадных уток".
     Я подошел к большому зеркалу, висевшему на  стене,  пододвинул  стул,
сел и послал мысленный вызов. Приблизительно через полминуты на  связь  со
мной вышел мой  кузен  Дионис,  а  точнее  -  Дионис  XXXVII  из  Сумерек.
Черноволосый и  черноглазый,  с  вечно  серьезным  лицом  и  меланхоличным
взглядом, он совсем не походил на своего  легендарного  и  легкомысленного
тезку Диониса I, которого во многих мирах почитали за бога. Этот же Дионис
на  божественность  не  претендовал,  жил  спокойно,  великих  деяний   не
совершал, а  в  свое  время  даже  отказался  стать  понтификом  Олимпа  -
правителем самого большого, самого блестящего города в Истинных  Сумерках,
расположенного высоко в горах, на самом краю Дневного Предела. С тех  пор,
как  восемь  тысяч  лет  назад  Янус   покинул   Олимп   и   поселился   в
Замке-на-Закате, городом от его имени правят понтифики, которые  сменяются
через каждые сто лет. По существу понтифик Олимпа является вторым лицом  в
Доме после Януса, и желающих  занять  этот  почетный  пост  среди  принцев
Сумерек всегда в избытке. Тем не менее Дионис вежливо, но в категорической
форме отверг предложение деда стать его  заместителем  -  как  я  полагаю,
из-за своего происхождения, поскольку  он,  что  называется,  был  "левым"
принцем, незаконнорожденным. (История  о  том,  как  скромная  пай-девочка
Помона, которой в мужья то и дело попадались  отъявленные  негодяи,  после
очередного развода пустилась в отчаянный загул, слишком печальна для того,
чтобы рассказывать ее во  всех  подробностях.  Посему  я  ограничусь  лишь
констатацией факта, что даже она не знала, от кого у нее сын, так  как  не
могла толком припомнить миры, где побывала, и мужчин, с которыми спала).
     В отличие от Царства Света, в Сумерках всегда  терпимо  относились  к
бастардам. Диониса никто не попрекал в отсутствии отца; он не  страдал  от
комплекса  неполноценности  на  этой  почве,  но  знал  свое  место  и  не
карабкался наверх по головам других.  Наверное,  Янус  оценил  это,  когда
хотел назначить его понтификом.
     В частной жизни Дионис был мягок и сердечен, как и его мать, но не  в
пример  ей  был  по  натуре  своей  заядлым  скептиком  и  пессимистом.  В
определенном смысле  он  был  счастливейшим  человеком,  ибо,  предполагая
наихудшее,  он   испытывал   удовлетворение   всякий   раз,   когда   дела
оборачивались не так плохо, как ожидалось; его крайний пессимизм  зачастую
напоминал безграничный оптимизм. Сам Дионис редко  улыбался,  зато  в  его
обществе уровень веселья всегда был  гораздо  выше  среднестатистического.
Как бы компенсируя этот свой недостаток, он заставлял  своих  собеседников
улыбаться и за себя, и за него. Друзья и знакомые считали Диониса  хорошим
парнем, а многие женщины находили его милым и привлекательным.
     Появившись в моем зеркале, Дионис поднял руку в приветственном жесте.
Он был одет в коричневый камзол с расстегнутыми пуговицами, черные штаны и
высокие кавалерийские сапоги с отворотами. Позади него на столе  я  увидел
кожаную портупею, шпагу, плащ и шляпу.
     - Ты на Земле Аврелия? - спросил я, ответив на его приветствие.
     - Нет, но только что оттуда.
     - И как там дела?
     - Да так себе. Кстати, можешь  добавить  в  свой  список  еще  одного
завербованного.
     - Прекрасно. - Я достал из блокнот, в  котором  вел  учет  "подсадных

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.