Случайный афоризм
Писатель, конечно, должен зарабатывать, чтобы иметь возможность существовать и писать, но он ни в коем случае не должен существовать и писать для того, чтобы зарабатывать. Карл Маркс
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1562 году родился(-лась) Лопе Вега (де Вега)


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Диана ушла вслед за тобой, Артур. Она отправилась искать тебя, и  с
тех пор о ней ничего не известно. Мне очень жаль, сынок, я...
     То, что я сделал в следующий момент, было  вопиющим  нарушением  всех
правил пристойности. Кто-то, невидимый мне, тот, кто  находился  вместе  с
Юноной в ее спальне, наверняка счел меня невежей и грубияном. Ну и  пусть!
Я прервал связь и наглухо заблокировался от любых попыток контакта со мной
с чьей бы то ни было стороны. Я не стыдился своих слез радости,  но  я  не
мог позволить себе зарыдать от горя и отчаяния в присутствии  посторонних,
даже в присутствии матери, не говоря уж о том "ком-то". Я не хотел,  чтобы
меня жалели, чтобы мне сочувствовали, чтобы меня утешали.
     Я встал со стула, отошел от зеркала и  бухнулся  ничком  на  постель.
Меня душили слезы, но внезапно я обнаружил, что  не  могу  плакать.  Боль,
пронзившая меня, оказалась такой острой и жгучей, что высушила мои  глаза.
Я лежал на своей кровати в  полном  оцепенении,  и  единственное,  чего  я
желал, так  это  собственной  смерти.  Я  хотел  соединиться  с  Дианой  в
вечности...
     Да, в вечности. По натуре своей я всегда был оптимистом - но всегда в
разумных пределах. Со всей мучительной ясностью я понимал, что если  Диана
пошла вслед за мной,  то  ее  уже  нет  в  живых.  Мое  чудесное  спасение
противоречило здравому смыслу и логике вещей, и я поверил  в  него  только
потому, что был поставлен перед фактом - я мыслю, следовательно существую.
Но было бы попросту глупо тешить себя надеждой, что  подобное  чудо  могло
повториться с Дианой. Против нее  были  все  законы  вероятности,  все  до
единого... Нет! Все - кроме одного!
     Робкий огонек надежды зажегся в моем  сердце.  На  моей  стороне  был
самый иррациональный из законов  вселенной  -  закон  подлости,  известный
также под законом бутерброда, который  всегда  падает  на  пол  намазанной
стороной. Ведь я любил Диану, по-настоящему любил  ее,  но  потом  потерял
память и влюбился в Дейрдру, а когда вновь обрел себя, то  обнаружил,  что
люблю их обеих одинаково сильно. Весть об исчезновении Дианы, фактически о
ее гибели, принесла мне  невыразимые  страдания,  но  ее  смерть  была  бы
слишком простым, слишком банальным выходом из  сложившейся  ситуации.  Так
обычно происходит в дешевых мелодрамах, где законы жанра требуют, чтобы  в
случае любовного треугольника один из его  углов,  третий  лишний,  должен
либо оказаться негодяем, либо под конец умереть. И  тогда  герой  обретает
счастье с уцелевшей героиней, они живут в любви и согласии, рожают умных и
красивых детей - ну, и все прочее в том же духе, о чем писать неинтересно,
а читать скучно. По этой причине все  сентиментальные  романы  и  пьесы  о
чистой и возвышенной любви заканчиваются,  как  только  становится  слышен
звон свадебных колоколов. Тернии пройдены, дальнейший путь усыпан  розами,
точка, конец.
     Я обратился к богу (если он есть) со страстной мольбой,  чтобы  жизнь
моя не была похожа на дешевую мелодраму. Я не знал, что буду делать  потом
- если моя дикая, безумная надежда  станет  явью,  -  скорее  всего,  буду
глубоко несчастен, разрываясь между Дианой и Дейрдрой, и сумма моих мук во
много крат превысит мои теперешние страдания, но я готов был без колебания
заплатить такую цену за жизнь любимой.
     Слезы, наконец, хлынули из моих глаз, и я заплакал. Не помню, сколько
времени так прошло. Я рыдал, успокаивался и снова рыдал,  доводя  себя  до
исступления. Все в моей голове перемешалось, и я  думал  о  Диане,  как  о
Дейрдре, а Дейрдру представлял в образе голубоглазой шатенки Дианы.  Когда
я уже полностью запутался и, совершенно отупев от горя, не мог понять, кто
из  них  есть  кто,  на  помощь  моему   помутившемуся   рассудку   пришел
спасительный сон.  Мучения  мои  кончились,  и  я  погрузился  в  сладкое,
блаженное забытье.



                                    2


1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.