Случайный афоризм
Настоящее наследие писателя - это его секреты, его мучительные и невысказанные провалы; закваска стыда - вот залог его творческой силы. Эмиль Мишель Чоран
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

поправил берет на голове и смахнул с мантии невидимые пылинки. - Ну вот, я
готов.
     Юнона подступила ко мне, чуть наклонила мою голову, встала на цыпочки
и поцеловала меня в лоб.
     - Для матери все дети дороги, - сказала она. - Но для меня ты  всегда
был дороже других, Артур... Хотя мне не следовало говорить тебе это.
     - Я и так это знаю, мама, - ответил я.


     Мы спустились на лифте в глубокое подземелье дворца,  где  прекращали
свое   действие   защитные   чары,   намертво   блокировавшие   доступ   к
Тоннелю-меж-Мирами, и очутились в  просторном  помещении,  выдолбленном  в
толще  скалы.  Это  был  Зал  Перехода,  специально  предназначенный   для
сообщения с другими мирами, поскольку весь Солнечный Град, не говоря уж  о
королевском дворце, был надежно  заблокирован  от  непрошенных  вторжений.
Такие меры предосторожности представлялись излишними и причиняющими  массу
неудобств в  наше  мирное  время,  однако  в  прошлом,  когда  Домов  было
значительно больше, и  они  враждовали  между  собой,  подчас  даже  этого
оказывалось недостаточно.
     Мы направились в дальний конец зала,  где  вряд  располагались  Арки,
установленные исключительно для удобства ориентации входящих  и  выходящих
из Тоннеля. Под неровным потолком, подпираемым многочисленными готическими
колоннами, парили в воздухе  светящиеся  шары,  заливая  помещение  ровным
серебристым светом;  то  и  дело  перед  нами  вспыхивали  предупреждающие
надписи:  "Проверьте,  имеются  ли  при  вас  детонирующие  вещества   или
радиоактивные  материалы",  "Внимание!  Даже  остаточная   радиоактивность
чревата  катастрофическими  последствиями",  "Будьте  осторожны!  Еще  раз
проверьте..." - и так далее.
     Вооруженные  гвардейцы,  охранявшие  Зал,   при   нашем   приближении
вытягивались по стойке смирно и нарочито громко бряцали оружием.  По  пути
нам встретилась группа дворян, возвращавшихся с какого-то  незначительного
торжества в Доме Теллуса. Они приветствовали нас почтительными  поклонами;
Юнона, как  обычно,  расточала  свои  сногсшибательные  улыбки  направо  и
налево.
     Мы подошли к ближайшей Арке и уже собирались вступить  под  нее,  как
вдруг почувствовали знакомое сопротивление и остановились. Под Аркой перед
нами возникло слабое свечение,  бледно-голубые  молнии  мгновенно  соткали
полупрозрачный мерцающий человеческий силуэт, который еще через  мгновение
обрел живую плоть. В проеме появилась та, которую  я  меньше  всего  хотел
сейчас видеть (после брата  Александра,  конечно),  моя  тетушка  Минерва,
мамина сводная сестра, противная старая мегера, которая любила совать свой
длинный  нос  во  все  мои  дела  и  отравляла   мне   жизнь   в   дедовом
Замке-на-Закате и в поднебесном городе  Олимпе,  где  я  проводил  гораздо
больше  времени,  чем  в  Солнечном  Граде.  Кстати  сказать,   я   всегда
предпочитал отцовскому Царству Света родину моей матери  -  Страну  Вечных
Сумерек (название Олимпия мне не нравится, и я не буду  его  употреблять);
всю свою сознательную жизнь я чувствовал себя в большей  мере  Сумеречным,
нежели Светозарным, что  расценивалось  многими  моими  родственниками  со
стороны отца, как проявление  потенциально  опасной  нелояльности  к  Дому
Света. Впрочем, сейчас отношения между двумя одинаково родными мне  Домами
были союзническими  и  даже  дружественными,  о  чем  свидетельствовало  и
появление здесь Минервы без предварительного извещения о своем визите.
     Материализовавшись, тетушка сделала шаг в нашем направлении, сердечно
улыбнулась моей матери, а меня  наградила  одной  из  самых  гадких  своих
ухмылочек.
     - Юнона, Артур! Вы уходите?
     - Увы, сестра, - ответила мать. - Не очень удачное время ты  выбрала,
чтобы навестить нас.
     - Знаю. - Опять гадкая ухмылочка, адресованная мне. - Отец рассказал.
Вот уж не думала, что Враг так скоро затребует к себе Артура.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.