Случайный афоризм
Пишущему лучше недоговорить, чем сказать лишнее. Во всяком случае никакой болтовни. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

идеалов. Но и тогда Бог несет ответственность за существование  дьявола,
за это воплощенное зло. По причине таких  трудностей  всякому  на  своем
месте остается преклонить колени перед глубоко нравственной природой че-
ловека: это поможет приобрести респектабельность и за это  многое  прос-
тится21. Название олибидоп теперь вновь можно применять к  силам  Эроса,
чтобы отличать их от энергии инстинкта смерти22. Следует  признать,  что
восприятие последнего по-прежнему вызывает трудности; мы лишь в какой-то
степени догадываемся о его присутствии за Эросом и  он  нам  недоступен,
пока не вступает в соединение с Эросом. Его природа и отношение к  Эросу
самым ясным образом проявляются при рассмотрении садизма, когда при пол-
ном удовлетворении сексуального  влечения  преследуется  не  эротическая
цель, Но даже там, где инстинкт смерти обходится без  сексуальных  целей
вообще, даже в ярости слепого разрушения,  удовлетворение  агрессивности
связано с необычайно высоким уровнем нарциссического наслаждения  -  оЯп
утоляет свое древнее желание всемогущества. Умеренный и усмиренный,  за-
торможенный по цели, инстинкт деструктивности направляется  на  объекты,
предоставляя тем самым оЯп способ удовлетворения своих жизненных нужд  и
господство над природой. Гипотеза об этом инстинкте покоится на теорети-
ческих основаниях, а потому она не вполне защищена от теоретических воз-
ражений. Но такой она нам представляется на нынешнем уровне наших позна-
ний; грядущие исследования и размышления, конечно, внесут  окончательную
ясность.
   Так что в дальнейшем я буду придерживаться той точки зрения, что  аг-
рессивное стремление является у  человека  изначальной,  самостоятельной
инстинктивной предрасположенностью. В ней  культура  находит  сильнейшее
препятствие. У нас уже сложилось представление, что культура  есть  про-
цесс, завладевший человечеством - мы все еще находимся под обаянием этой
идеи. Процесс этот состоит на службе у Эроса, желающего собрать  сначала
отдельных индивидов, затем семьи, племена, народы, нации в одно  большое
целое, в человечество. Почему так должно происходить, мы не знаем; тако-
во дело Эроса. Человеческие массы должны быть либидонозно связаны;  одна
необходимость, одни выгоды совместного труда их  бы  не  удержали.  Этой
программе культуры противостоит природный инстинкт агрессивности,  враж-
дебности одного ко всем и всех к каждому. Агрессивное влечение - потомок
и главный представитель инстинкта смерти,  обнаруженного  нами  рядом  с
Эросом и разделяющего с ним власть над миром. Теперь  смысл  культурного
развития проясняется. Оно должно нам продемонстрировать на примере чело-
вечества борьбу между Эросом и Смертью, инстинктом  жизни  и  инстинктом
деструктивности, Эта борьба - сущность и содержание жизни вообще, а  по-
тому культурное развитие можно было бы просто обозначить как борьбу  че-
ловеческого рода за выживание23. И эту-то битву  гигантов  наши  нянюшки
хотят убаюкать олегендой о радостях небап! VII Почему наши родичи -  жи-
вотные не обнаруживают такой культурной борьбы?  Этого  мы  попросту  не
знаем. Вероятно, иные из них - пчелы, муравьи, термиты - сотни тысяч лет
вели борьбу, пока не нашли те государственные институты,  то  разделение
функций, те ограничения для индивидов, которые вызывают  у  нас  сегодня
такое восхищение. Но наше нынешнее состояние таково, что мы не  были  бы
счастливы ни в одном из этих государств животных, исполняя какую  угодно
роль, уготованную в них индивидам - об этом говорят нам наши чувства.  У
других видов животных дело могло дойти до  временного  равновесия  между
воздействиями внешнего мира и внутренней борьбой инстинктов, что привела
бы к застою в развитии. У первобытного человека новая атака либидо могла
возбудить новый отпор деструктивности. Вопросов здесь много больше,  чем
ответов.
   Нас касается другой вопрос: какими  средствами  пользуется  культура,
чтобы сдержать и обезвредить противостоящую ей агрессивность - быть  мо-
жет, даже совсем исключить ее? Мы уже познакомились с некоторыми метода-
ми, наверное, не самыми важными. Возможность их изучения предоставляется
нам историей развития индивида - что с ним происходит, когда он пытается
обезвредить свое стремление к агрессии? Нечто удивительное и загадочное,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.