Случайный афоризм
Настоящий писатель, каким мы его мыслим, всегда во власти своего времени, он его слуга, его крепостной, его последний раб. Элиас Канетти
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

свет наших сыновей, чтобы те любили их дочерей и называли девушек  прек-
расными, - так всегда было и всегда будет, пока на земле существует  че-
ловек и человеческая любовь.
   Глубокое молчание воцарилось в пещере, а Суровый судья  погрузился  в
свои думы. Наконец, красавица метиска ласково дотронулась до него и зас-
тавила вспомнить о пеоне, все еще стоявшем перед ним на коленях.
   - Вот мой приговор, - сказал слепец. - Ты получил немало ударов. Каж-
дый удар по твоему телу уже был достаточной расплатой за долг  плантато-
ру. Ты свободен. Иди. Но оставайся в горах и в следующий раз полюби жен-
щину с гор, раз уж ты должен любить женщину и раз без женщины вообще не-
возможна жизнь мужчины. Иди, ты свободен. Ты ведь наполовину майя?
   - Да, я наполовину майя, - пробормотал пеон. - Мой отец - майя.
   - Вставай и иди. И оставайся  в  горах  с  твоим  отцом-майя.  Tierra
caliente - не место для человека, рожденного в  Кордильерах.  Плантатора
же твоего здесь нет, а потому мы и не можем судить его.  Плантатор  есть
плантатор. Его друзья могут считать себя свободными.
   Суровый судья чего-то ждал, ждал и Генри,  а  затем  без  приглашения
шагнул вперед.
   - Я тот самый человек, - храбро заявил он, - который был приговорен к
смерти за убийство, но я не совершал его. Убитый - родной  дядя  любимой
мною девушки, и я женюсь на ней, если здесь в Кордильерах, в этой  пеще-
ре, действительно царит справедливость.
   Но начальник полиции перебил его:
   - Двадцать человек были свидетелями того, как он грозил дядюшке  этой
сеньоры, что убьет его. А через час мы застали этого  гринго  возле  еще
теплого трупа.
   - Он правду говорит, - подтвердил Генри. -  Я  действительно  угрожал
тому человеку - нам обоим бросилось в голову вино  и  горячая  кровь.  И
жандармы действительно наткнулись на меня, когда я стоял возле еще  теп-
лого тела. Но я не убивал его. И я не знаю, представить  себе  не  могу,
чья трусливая рука под покровом темноты всадила ему нож: в спину.
   - Встаньте оба на колени, чтобы я мог допросить вас, - приказал  Сле-
пой разбойник.
   Долго  вел  он  допрос  своими  чуткими,  пытливыми  пальцами.  Долго
скользили они по лицам обоих мужчин; слепец щупал и пульс -  и  все-таки
не мог прийти ни к какому выводу.
   - В этом деле замешана женщина? - напрямик спросил он Генри Моргана.
   - Да, прекрасная женщина. Я люблю ее.
   - Это хорошо, что любовь так сильно задела твое сердце, ибо  мужчина,
которого не ранит любовь к женщине, - только наполовину мужчина, - снис-
ходительно заметил Слепой судья. И, обращаясь к начальнику полиции,  до-
бавил: - Вот твоего сердца не ранила женщина, однако  тебя  тоже  что-то
гнетет. Что же до этого человека, - он указал на Генри, - то я не думаю,
чтобы одно только чувство к женщине ранило его сердце. Быть  может,  от-
части ты повинен в этом, а отчасти та злоба, которая побуждает его злоу-
мышлять против тебя. Встаньте оба. Я не могу рассудить вас. Но есть  та-
кое испытание, которое дает непогрешимый ответ:  это  испытание  Змеи  и
Птицы. Оно столь же непогрешимо, как непогрешим  сам  бог,  ибо  так  он
восстанавливает истину. Вот и Блэкстон говорит, что испытание божьим су-
дом помогает восстановить истину.
 
 
   ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
 
   В самом центре владений Слепого разбойника была котловина футов деся-
ти глубиной и тридцати в диаметре, которая вполне могла бы служить  кро-
шечной ареной для боя быков. Эта впадина с ровным дном и отвесными  сте-
нами образовалась естественным путем и была столь совершенным  творением
природы, что человеку почти и рук не пришлось прикладывать, чтобы довес-
ти это совершенство до конца. Разбойники в длинных холщовых рясах, план-

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.