Случайный афоризм
Подлинно великие писатели - те, чья мысль проникает во все изгибы их стиля. Виктор Мари Гюго
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

мия пускают в ход умные люди, чтобы прикрыть именем  Блэкстона  то  зло,
которое они творят.
   Минут через десять слепой философ приподнял голову, понюхал воздух  и
жестом остановил девушку. Следуя его примеру, она тоже  втянула  в  себя
воздух.
   - Может, это гарь от лампы, о Справедливый! - предположила она.
   - Нет, это горит нефть, - возразил слепой. - Лампа тут ни при чем.  И
горит где-то далеко. Мне еще послышались выстрелы в ущелье.
   - А я ничего не слышала... - начала было метиска.
   - Дочь моя, ты же зрячая, ты не нуждаешься в таком остром слухе,  как
я. В ущелье стреляли. Прикажи моим детям выяснить, в чем дело,  и  доло-
жить.
   Почтительно поклонившись старику, который хоть и не видел ее, но при-
вык ухом различать каждое ее движение и потому знал,  что  она  поклони-
лась, молодая женщина приподняла полог из одеял и вышла на дневной свет.
У входа в пещеру сидели два пеона. У каждого  было  ружье  и  мачете,  а
из-за пояса торчало лезвие ножа. Девушка  передала  им  приказание;  оба
вскочили и поклонились, но не ей, а тому невидимому,  от  кого  исходило
приказание. Один из них постучал мачете по камню, на котором только  что
сидел, потом приложил к нему ухо и прислушался.  Камень  этот  прикрывал
рудную жилу, тянувшуюся через всю гору и выходившую в этом месте на  по-
верхность. А за горой, на противоположном склоне, в орлином  гнезде,  из
которого открывалась великолепная панорама отрогов Кордильер, сидел дру-
гой пеон. Он приложился ухом к такой же глыбе кварца  и  отстучал  ответ
своим мачете. Затем он подошел к высокому полузасохшему дереву, стоявше-
му шагах в шести от него, сунул руку в дупло и дернул за висевшую внутри
веревку, как звонарь на колокольне.
   Но никакого звука не последовало. Вместо этого могучий  сук,  ответв-
лявшийся наподобие семафорной стрелки от главного ствола на высоте пяти-
десяти футов, дернулся вверх и вниз, как и подобает семафору. В двух ми-
лях от него, на гребне горы, ему ответили с помощью такого же дерева-се-
мафора. А еще дальше, вниз по склонам, засверкали ручные зеркала,  отра-
жая солнечные лучи и посредством их передавая приказание слепого из  пе-
щеры. И скоро вся эта часть Кордильер заговорила условным языком  звеня-
щих рудных жил, солнечных бликов и качающихся веток.
   Энрико Солано, прямой и подтянутый, точно юноша индеец,  скакал  впе-
ред, стараясь возможно выгоднее воспользоваться преимуществом во  време-
ни, которое давал ему арьергардный бой Френсиса; Алесандро и Рикардо бе-
жали рядом, держась за его стремена, тогда как Леонсия и Генри Морган не
слишком торопились то она, то он непрестанно оглядывались, чтобы  прове-
рить, не догоняет ли их Френсис. Придумав какой-то предлог, Генри повер-
нул обратно. А минут через пять и Леонсия, не менее его тревожившаяся  о
Френсисе, тоже решила вернуться. Но ее лошадь, не желая отставать от ко-
ня Солано, заупрямилась, встала на дыбы, принялась бить ногами и,  нако-
нец, остановилась. Леонсия спрыгнула с седла и, бросив поводья на землю,
как это делают панамцы, вместо того чтобы стреножить или привязать осед-
ланную лошадь, пешком пошла назад. Она шла так быстро, что почти нагнала
Генри, когда он повстречал Френсиса и пеона. А через минуту оба -  Генри
и Френсис - уже бранили ее за безрассудство, но в голосе у каждого  неп-
роизвольно звучали любовь и неясность, вызывавшие ревность соперника.
   Любовь настолько полонила их, что они уже ни о чем не думали и потому
были буквально ошеломлены, когда из джунглей вдруг выскочил отряд  план-
таторов с ружьями. Несмотря на то, что беглый пеон, на  которого  тотчас
посыпался град ударов, был обнаружен в их обществе, никто не  тронул  бы
Леонсию и обоих Морганов, если бы хозяин пеона,  давний  друг  семейства
Солано, оказался здесь. Но приступ малярии, трепавший его через два  дня
на третий, свалил плантатора, и он лежал теперь, дрожа от озноба,  непо-
далеку от пылающего нефтяного поля.
   Тем не менее плантаторы, избив пеона до того, что он упал на колени и
с рыданиями стал просить о пощаде, отнеслись рыцарски вежливо к  Леонсии

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.