Случайный афоризм
Пишущему лучше недоговорить, чем сказать лишнее. Во всяком случае никакой болтовни. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

   И поэтому выходцам с Юга, сбегавшим по сходням на берег Юкона, доста-
точно было увидеть Белого Клыка, чтобы почувствовать непреодолимое жела-
ние кинуться и растерзать его. Среди приезжих собак попадались и городс-
кие, но инстинктивный страх перед Северной глушью сохранился и в них. На
представшего перед ними средь бела дня зверя,  похожего  на  волка,  они
смотрели не только своими глазами, - они смотрели на Белого Клыка глаза-
ми предков, и память, унаследованная от всех предыдущих поколений, подс-
казывала им, что перед ними стоит волк, к которому порода их питает  из-
вечную вражду.
   Все это доставляло удовольствие Белому Клыку. Если одним своим  видом
он заставляет собак кидаться в драку, тем лучше для него и тем хуже  для
них. Они чуяли в Белом Клыке свою законную добычу, и точно так же  отно-
сился к ним и он.
   Недаром Белый Клык впервые увидел дневной свет в уединенном  логовище
и в первых же своих битвах имел таких противников, как белая  куропатка,
ласка и рысь. И недаром его  раннее  детство  было  омрачено  враждой  с
Лип-Липом и со всей стаей молодых собак. Сложись его жизнь по-иному -  и
он сам был бы иным. Не будь в поселке Лип-Липа, Белый Клык подружился бы
с другими щенками, был бы больше похож на собаку и с большей терпимостью
относился бы к своим собратьям. Будь Серый Бобр мягче и добрее, он сумел
бы пробудить в нем чувство  привязанности  и  любви.  Но  все  сложилось
по-иному. Жизнь круто обошлась с Белым Клыком, и он стал угрюмым,  замк-
нутым, злобным зверем - врагом своих собратьев.


   ГЛАВА ВТОРАЯ
   СУМАСШЕДШИЙ БОГ

   Белых людей в форте Юкон было немного. Все они уже давно жили  здесь,
называли себя "кислым тестом" и очень гордились этим. Тех, кто  приезжал
сюда из других мест, старожилы презирали. Люди, сходившие с парохода  на
берег, были новичками и назывались "чечако". Новички сильно недолюблива-
ли свое прозвище. Они замешивали тесто на сухих дрожжах, и это проводило
резкую грань между ними и старожилами, которые ставили хлеб на закваске,
потому что дрожжей у них не было.
   Но все это - между прочим. Жители форта презирали приезжих и  радова-
лись всякий раз, когда у тех случалась какая-нибудь  неприятность.  Осо-
бенное удовольствие доставляли им расправы  Белого  Клыка  и  всей  бес-
чинствующей своры с чужими собаками. Как только пароход подходил, старо-
жилы форта спешили на берег, чтобы не прозевать потехи. Они  предвкушали
развлечение не меньше индейских собак и, конечно, сейчас же  оценили  ту
роль, какую играл в этих драках Белый Клык.
   Но был среди старожилов один человек, которому эта забава  доставляла
особенное удовольствие. Заслышав гудок приближающегося парохода,  он  со
всех ног пускался к берегу, а когда драка заканчивалась  и  свора  собак
разбегалась в разные стороны, человек этот медленно уходил  с  пристани,
всем своим видом выражая глубокое сожаление. Часто, когда изнеженная юж-
ная собака с предсмертным воем падала на землю и  погибала,  раздираемая
на клочки налетевшей на нее сворой, человек этот кричал и прыгал от вос-
торга. И каждый раз он завистливо поглядывал на Белого Клыка.
   Старожилы форта прозвали этого человека "Красавчиком". Настоящего его
имени никто не знал, и в здешних местах он был  известен  как  Красавчик
Смит. Правда, красивого в нем было мало; поэтому, вероятно, ему  и  дали
такое прозвище. Он был на редкость уродлив. Создавая его, природа поску-
пилась. Он был низкорослый, а на его  щуплом  теле  сидела  неправильной
формы, удлиненная голова. В детстве, еще до того как за  ним  укрепилось
новое прозвище, "Красавчик", сверстники звали его "Гвоздиком".
   Затылок у Смита был совершенно приплюснутый, лоб низкий  и  несуразно
широкий. А потом природа вдруг расщедрилась и наделила Красавчика  Смита
вылупленными глазами, к тому же расставленными так широко, что между ни-

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.