Случайный афоризм
Чтобы были довольны твои читатели, не будь слишком доволен собой. Вольтер (Мари Франсуа Аруэ)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

ние и слух, привыкшие к шуму и движению поселка, к непрерывному  чередо-
ванию звуков и картин, не находили себе работы. Ему нечего было  делать,
нечего слушать, не на что смотреть. Он старался  уловить  хоть  малейший
шорох или движение. В этом безмолвии и неподвижности природы таилась ка-
кая-то страшная опасность.
   И вдруг Белый Клык вздрогнул. Что-то громадное и бесформенное пронес-
лось у него перед глазами. На землю легла тень дерева, освещенного  выг-
лянувшей из-за облаков луной. Успокоившись, он тихо заскулил, но, вспом-
нив, что это может  привлечь  к  нему  притаившегося  где-нибудь  врага,
смолк.
   Дерево, схваченное ночным морозом, громко скрипнуло у него над  голо-
вой. Белый Клык взвыл и, не чуя под собой ног от ужаса, опрометью кинул-
ся к поселку. Он чувствовал непреодолимую потребность в людском  общест-
ве, в защите, которую оно дает. В его ноздрях стоял запах дыма от  кост-
ров, в ушах звенели голоса и крики. Он выбежал из лесу на залитую  луной
поляну, где не было ни теней, ни мрака, но глаза его не увидели знакомо-
го поселка. Он забыл, что люди ушли оттуда.
   Белый Клык остановился как вкопанный. Бежать было некуда. Он  грустно
бродил по опустевшему становищу, обнюхивая кучи мусора и  хлама,  остав-
ленного богами. Теперь его обрадовал бы даже камень, брошенный какой-ни-
будь рассерженной женщиной, даже тяжелая рука Серого Бобра, а Лип-Липа и
всю рычащую, трусливую свору собак он встретил бы с восторгом.
   Он побрел к тому месту, где стоял прежде  вигвам  Серого  Бобра,  сел
посредине и поднял морду к луне. Спазмы сжимали ему горло; пасть у  него
раскрылась, и одиночество, страх, тоска по Кичи, все прошлые  горести  и
предчувствие грядущих невзгод и страданий - все это вылилось  в  протяж-
ном, тоскливом вое. Это был волчий вой, впервые вырвавшийся из груди Бе-
лого Клыка.
   С наступлением утра его страхи исчезли, но чувство одиночества только
усилилось. Вид заброшенного становища, в котором еще так недавно  кипела
жизнь, наводил на него тоску. Долго раздумывать ему не пришлось: он  по-
вернул в лес и побежал вдоль берега реки. Он бежал весь день,  не  давая
себе ни минуты отдыха. Казалось, он может бежать вечно. Его сильное тело
не знало утомления. И даже когда  утомление  все-таки  пришло,  выносли-
вость, доставшаяся ему от предков, продолжала гнать  его  все  дальше  и
дальше.
   Там, где река протекала между крутыми берегами, Белый  Клык  бежал  в
обход, по горам. Ручьи и речки, впадавшие в Маккензи, он переплывал  или
переходил вброд. Часто ему приходилось бежать по узкой кромке льда,  на-
мерзшей около берега; тонкий лед ломался, и, проваливаясь в ледяную  во-
ду. Белый Клык не раз бывал на волосок от гибели. И  все  это  время  он
ждал, что вот-вот нападет на след богов в том месте, где они причалят  к
берегу и направятся в глубь страны.
   По уму Белый Клык превосходил  многих  своих  собратьев,  и  все-таки
мысль о другом береге реки Маккензи не приходила ему в голову. Что, если
след богов выйдет на ту сторону? Этого он не мог  сообразить.  Вероятно,
позднее, когда Белый Клык набрался бы опыта в  странствиях,  повзрослел,
научился бы отыскивать следы вдоль речных берегов, он допустил бы и  эту
возможность. Такая зрелость ждала его в будущем. Сейчас же он бежал нау-
гад, принимая в расчет только один берег Маккензи.
   Белый Клык бежал всю ночь, натыкаясь в темноте на препятствия и прег-
рады, которые замедляли его бег, но не отбивали охоты двигаться  дальше.
К середине второго дня, через тридцать часов, его железные мускулы стали
сдавать, поддерживало только напряжение воли. Он ничего не ел почти двое
суток и совсем обессилел от голода. Сказывались на  нем  и  непрестанные
погружения в ледяную воду. Его великолепная шкура была вся в грязи,  ши-
рокие подушки на лапах кровоточили.  Он  начал  прихрамывать  -  сначала
слегка, потом все больше и больше. В довершение всего небо нахмурилось и
пошел снег - мокрый, тающий снег, который прилипал к его  разъезжавшимся
лапам, заволакивал все вокруг и скрывал неровности  почвы,  затрудняя  и

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.