Случайный афоризм
Переведенное стихотворение должно показывать то же самое время, что и оригинал. Юлиан Тувим
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

но отделаться от нее оказалось не так-то легко. Она  сбила  его  с  ног,
чтобы он не мог убежать, и впилась в него зубами.
   Откатившись наконец от волчицы в сторону, ЛипЛип с  трудом  поднялся,
весь взлохмаченный, побитый и телесно и морально. Шерсть на нем  торчала
клочьями в тех местах, где по ней прошлись зубы Кичи. Он раскрыл пасть и
разразился протяжным, душераздирающим щенячьим воем. Но  Белый  Клык  не
дал ему даже повыть как следует. Он кинулся на своего врага и рванул его
за заднюю ногу. Куда девалась былая воинственность щенка!  Лип-Лип  пус-
тился наутек, а его жертва гналась за ним по пятам и не отстала  до  тех
пор, пока ее мучитель не добежал  до  своего  вигвама.  Тут  на  выручку
Лип-Липу подоспели индианки, и Белый Клык, превратившийся в разъяренного
дьявола, отступил только под градом сыпавшихся на него камней.
   Настал день, когда Серый Бобр отвязал Кичи, решив, что теперь она уже
не убежит. Белый Клык ликовал, видя мать на свободе. Он с радостью  отп-
равился бродить с ней по всему поселку и, пока Кичи была близко, Лип-Лип
держался от Белого Клыка на почтительном  расстоянии.  Белый  Клык  даже
ощетинивался и подходил к нему с воинственным видом, но Лип-Лип не  при-
нимал вызова. Он был неглуп и решил подождать с отмщением  до  тех  пор,
пока не встретится с Белым Клыком один на один.
   В тот же день Кичи и Белый Клык вышли на опушку  леса  неподалеку  от
поселка. Белый Клык постепенно, шаг за шагом, уводил туда мать, и, когда
она остановилась на опушке, он попробовал завлечь ее дальше. Ручей,  ло-
говище и спокойный лес манили к себе Белого Клыка, и ему хотелось, чтобы
мать ушла вместе с ним. Он отбежал на  несколько  шагов,  остановился  и
посмотрел на нее. Она стояла не двигаясь. Белый Клык жалобно заскулил и,
играя, стал бегать среди кустов, потом вернулся, лизнул мать в  морду  и
снова отбежал. Но она продолжала стоять на месте. Белый Клык смотрел  на
нее, и казалось, что настойчивость и нетерпение вселились вдруг  в  вол-
чонка и затем медленно покинули его, когда Кичи повернула голову и  пос-
мотрела на поселок.
   Даль звала Белого Клыка. И мать слышала этот зов. Но  еще  яснее  она
слышала зов огня и человека, зов, на который из всех зверей  откликается
только волк - волк и дикая собака, ибо они братья.
   Кичи повернулась и медленно, рысцой побежала обратно. Поселок  держал
ее в своей власти крепче всякой привязи. Невидимыми, таинственными путя-
ми боги завладели волчицей и не отпускали ее от себя. Белый Клык  сел  в
тени березы и тихо заскулил. Пахло сосной, нежные лесные ароматы  напол-
няли воздух, напоминая Белому Клыку о прежней вольной  жизни,  на  смену
которой пришла неволя. Но Белый Клык был всего-навсего щенком, и зов ма-
тери доносился до него яснее, чем зов Северной глуши  или  человека.  Он
привык полагаться на нее во всем. Независимость была еще впереди.  Белый
Клык встал и грустно поплелся в поселок, но по дороге раза  два  остано-
вился и поскулил, прислушиваясь к зову, который все еще летел из  лесной
чащи.
   В Северной глуши мать и детеныш недолго живут друг  подле  друга,  но
люди часто сокращают и этот короткий срок. Так было и  с  Белым  Клыком.
Серый Бобр задолжал другому индейцу, которого звали Три Орла. А Три Орла
уходил вверх по реке Маккензи на Большое Невольничье озеро. Кусок  крас-
ной материи, медвежья шкура, двадцать патронов и  Кичи  пошли  в  уплату
долга. Белый Клык увидел, как Три Орла взял его мать к себе в пирогу,  и
хотел последовать за ней. Ударом кулака Три Орла отбросил его обратно на
берег. Пирога отчалила. Белый Клык прыгнул в воду и поплыл  за  ней,  не
обращая внимания на крики Серого Бобра. Белый Клык не внял  даже  голосу
человека - так боялся он разлуки с матерью.
   Но боги привыкли, чтобы им повиновались, и разгневанный  Серый  Бобр,
спустив на воду пирогу, поплыл вдогонку за Белым Клыком. Настигнув  бег-
леца, он вытащил его за загривок из воды и, держа в  левой  руке,  задал
ему хорошую трепку. Белому Клыку попало как следует. Рука у индейца была
тяжелая, удары были рассчитаны точно и сыпались один за другим.
   Под градом этих ударов Белый Клык болтался из стороны в сторону,  как

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.