Случайный афоризм
Не тот писатель оригинален, который никому не подражает, а тот, кому никто не в силах подражать. Франсуа Рене де Шатобриан
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

любопытства даже позабыл, что надо рычать, забыл даже  про  свой  испуг.
Жизнь, крепнущая в нем, на время победила страх, и страх  уступил  место
любопытству. Волчонок начал различать то, что было у него перед глазами:
открытую часть ручья, сверкающего на солнце, засохшую сосну около откоса
и самый откос, поднимающийся прямо к пещере, у входа в которую  он  при-
мостился.
   До сих пор серый волчонок жил на ровной поверхности, ему еще не  при-
ходилось испытывать ушибы от падений - да он и не знал, что такое  паде-
ние, - поэтому он смело шагнул прямо в воздух. Задние ноги у него задер-
жались на выступе у входа в пещеру, так что он упал головой вниз.  Земля
больно стукнула его по носу, он жалобно тявкнул и тут же вслед  за  этим
покатился кубарем по откосу. На него напал панический страх. Неизвестное
наконец овладело им, оно держало его в своей власти и готовилось  причи-
нить ему невыносимую боль. Жизнь, крепнущая в нем, снова уступила  место
страху, и он завизжал, как завизжал бы всякий перепуганный щенок.
   Неизвестное грозило ему; он еще не мог понять - чем, и выл и  визжал,
не переставая. Это было куда хуже, чем лежать, замирая от страха,  когда
неизвестное только промелькнуло мимо него. Теперь оно завладело им цели-
ком. Молчание ничему не поможет. Кроме того, теперь его  терзал  уже  не
страх, а ужас.
   Но откос становился все более пологим, а у его подножия росла  трава.
Скорость падения уменьшилась. Остановившись наконец,  волчонок  отчаянно
взвыл, потом заскулил протяжно и жалобно; а вслед за тем, как ни  в  чем
не бывало, точно ему уже тысячу раз приходилось заниматься своим  туале-
том, принялся слизывать приставшую к бокам сухую глину.
   Покончив с этим, он сел и осмотрелся по сторонам - так  же,  как  это
сделал бы первый человек, попавший с Земли на  Марс.  Волчонок  пробился
сквозь стену мира, неизвестное выпустило его из своих объятий, и он  ос-
тался невредимым. Но первый человек на Марсе встретил бы гораздо  меньше
необычного для себя, чем волчонок здесь на земле. Без всякого  предвари-
тельного знания, без всякой подготовки он очутился в роли  исследователя
совершенно незнакомого ему мира.
   Теперь, когда страшная неизвестность отпустила волчонка  на  свободу,
он забыл обо всех ее ужасах. Он испытывал лишь любопытство ко всему, что
его окружало. Он осмотрел траву под  собой,  кустик  брусники  чуть  по-
дальше, ствол засохшей сосны, которая стояла на краю полянки, окруженной
деревьями. Белка выбежала из-за сосны прямо на волчонка и привела его  в
ужас.
   Он припал к земле и зарычал. Но белка перепугалась  еще  больше;  она
быстро вскарабкалась на дерево и, очутившись в безопасности, сердито за-
цокала оттуда.
   Это придало волчонку храбрости, и хотя дятел, с которым ему  пришлось
вслед за тем встретиться, заставил его вздрогнуть, он уверенно продолжал
свой путь. Уверенность эта возросла до такой  степени,  что,  когда  ка-
кая-то дерзкая птица подскочила к волчонку, он, играя,  протянул  к  ней
лапу. В ответ на это птица больно клюнула его в нос; он  весь  сжался  и
завизжал. Птица испугалась его визга и тут же упорхнула.
   Волчонок учился. Его маленький, слабый мозг хоть и бессознательно, но
сделал вывод. Вещи бывают живые - и неживые. И живых вещей надо  остере-
гаться. Неживые всегда остаются на месте, а живые двигаются,  и  никогда
нельзя знать заранее, что они могут сделать. От них  надо  ждать  всяких
неожиданностей, с ними надо быть начеку.
   Волчонок шагал неуклюже, он то и дело натыкался на что-нибудь. Ветка,
которая, казалось, была так далеко, задевала его по носу или хлестала по
бокам; земля была неровная. Он спотыкался, ушибал нос, лапы. Мелкие кам-
ни выскальзывали у него из-под ног, лишь только он наступал  на  них.  И
наконец волчонок понял, что не все неживые вещи  находятся  в  состоянии
устойчивого равновесия, как его пещера, и что маленькие неживые вещи го-
раздо чаще падают и переворачиваются, чем большие. С каждой своей  ошиб-
кой волчонок узнавал все больше и больше. Чем дальше он шел, тем  тверже

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.