Случайный афоризм
В литературе всякий ценен не сам по себе, а лишь в своем взаимоотношении с целым. Фридрих Энгельс
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

обидчика на бой. Самые зеленые чечако  бесстрашно  вступались  за  честь
своего героя. И среди  пьяного  разгула,  в  неизменных  мокасинах,  как
вихрь, носился Время-не-ждет, отчаянный, бесшабашный, пленяя все  сердца
приветливостью и дружелюбием; он испускал вой таежного  волка,  заявлял,
что это его ночь и ничья другая, прижимал руки противников к стойке, по-
казывал чудеса силы и ловкости; его смуглое лицо  разгорелось  от  вина,
черные глаза сверкали; попрежнему на  нем  были  комбинезон  и  суконная
куртка, незавязанные наушники торчали, а меховые рукавицы  болтались  на
ремешке, накинутом на шею. Однако этот последний кутеж  уже  не  был  ни
риском втемную, ни крупной ставкой, а всего только мелкой фишкой,  сущей
безделицей для него - обладателя стольких фишек.
   Но Доусон такого кутежа еще не видел. Харниш хотел,  чтобы  эта  ночь
осталась у всех в памяти; и его желание исполнилось. Добрая половина жи-
телей перепилась. Стояла глубокая осень, и хотя реки  еще  не  замерзли,
градусник показывал двадцать пять ниже нуля, и  мороз  крепчал.  Поэтому
пришлось отрядить спасательные команды, которые подбирали на улицах сва-
лившихся с ног пьяных, ибо достаточно было бы им  уснуть  на  один  час,
чтобы уже не проснуться. Эти  спасательные  команды  придумал,  конечно,
Харниш. Он хотел задать всему Доусону пир - и исполнил свою прихоть, на-
поив допьяна сотни и тысячи людей; но, не будучи в глубине души ни  бес-
печным, ни легкомысленным, он позаботился о том, чтобы  разгульная  ночь
не омрачилась каким-нибудь несчастным случаем. И, как всегда, был  отдан
строгий приказ: никаких драк; с нарушителями запрета он  будет  расправ-
ляться самолично. Но надобности в такой расправе не представилось: сотни
преданных поклонников Харниша ревностно следили за  тем,  чтобы  драчуны
были выкатаны в снегу  для  протрезвления  и  отправлены  в  постель.  В
большом мире, когда умирает магнат  промышленности,  колеса  подвластной
ему индустриальной машины останавливаются на одну минуту. Но на Клондай-
ке отъезд юконского магната вызвал такую неистовую скорбь, что колеса не
вертелись целых двадцать четыре часа. Даже огромный прииск Офир, на  ко-
тором была занята тысяча рабочих и служащих, закрылся на  сутки.  Наутро
после кутежа почти никто не явился на работу, а те, что пришли, не  дер-
жались на ногах.
   Еще через день на рассвете Доусон прощался с Харнишем. Тысячи  людей,
собравшихся на пристани, натянули рукавицы, завязали наушники под подбо-
родком. Было тридцать градусов ниже нуля, ледяная кромка стала  плотнее,
а по Юкону плавала каша изо льда. На палубе  "Сиэтла"  стоял  Харниш  и,
прощаясь с друзьями, окликал их и махал им рукой. Когда отдали  концы  и
пароход двинулся к середине реки, те, что стояли поближе, заметили слезы
на глазах Харниша. Он покидал страну, которая стала его родиной; ведь он
почти не знал другой страны, кроме этого дикого, сурового края у  самого
Полярного круга. Он сорвал с себя шапку и помахал ею.
   - Прощайте! - крикнул он. - Прощайте все!
 
 
   Часть вторая
 
 
   ГЛАВА ПЕРВАЯ
 
   Не в ореоле славы явился Время-не-ждет в Сан-Франциско. В большом ми-
ре успели позабыть не только о нем, - забыт был и Клондайк. Другие собы-
тия заслонили их, и вся аляскинская эпопея, так же как война с Испанией,
давно изгладилась из памяти. С тех пор много воды утекло. И каждый  день
приносил новые сенсации, а место в газетах, отведенное сенсационным  из-
вестиям, было ограничено. Впрочем, такое невнимание к его особе даже ра-
довало Харниша. Если он, король Арктики, обладатель одиннадцати  миллио-
нов с легендарным прошлым, мог  приехать  никем  не  замеченный,  -  это
только доказывало, насколько крупная игра ему здесь предстоит.
   Он остановился в гостинице св. Франциска, дал интервью начинающим ре-

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.