Случайный афоризм
В писателе-художнике талант... уменье чувствовать и изображать жизненную правду явлений. Николай Александрович Добролюбов
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

ягод, сухих и сморщенных, которые находил Харниш, была  равна  нулю.  Не
лучше утоляла голод и кора молодых деревцев, которую они варили в  тече-
ние часа, а потом кое-как глотали, предварительно долго и упорно  проже-
вывая.
   Апрель был на исходе, бурно наступала весна. Дни стали длиннее.  Снег
таял в лучах солнца, из-под него выбивались тонкие струйки воды. Сутками
дул теплый и влажный юго-западный ветер, и за одни сутки снег оседал  на
целый фут. К вечеру подтаявший снег замерзал, и по твердому насту  можно
было идти, не проваливаясь. С юга прилетала стайка белых пуночек и,  по-
быв один день, опять улетала, держа  путь  на  север.  Однажды,  еще  до
вскрытия реки, высоко в небе с громким гоготом пронесся  на  север  клин
диких гусей. На ивовом кусте у реки набухли почки. Харниш и Элия ели  их
вареными, - оказалось, что ими можно питаться.  Элия  даже  приободрился
немного, но, к несчастью, поблизости больше не нашлось ивняка.
   Деревья наливались соками, с каждым днем громче пели незримые ручейки
под снегом - жизнь возвращалась в обледенелую страну. Но  река  все  еще
была в оковах. Зима долгие месяцы ковала их, и не в один день можно было
их сбросить, как ни стремительно наступала весна. Пришел май, и большие,
но безвредные прошлогодние комары повылезали из прогнивших колод и  тре-
щин в камнях. Застрекотали кузнечики, гуси и утки пролетали над головой.
А река все не вскрывалась. Десятого мая лед на Стюарте затрещал, вздулся
и, оторвавшись от берегов, поднялся на три фута. Но он не пошел вниз  по
течению. Сначала должен был взломаться лед на Юконе,  там,  где  в  него
впадает Стюарт. До этого лед на Стюарте мог только вздыматься  все  выше
под напором прибывающей воды. Трудно было предсказать точно, когда  нач-
нется ледоход на Юконе. Через две тысячи миль после слияния со  Стюартом
он впадает в Берингово море, и от таяния морского льда зависели сроки, в
которые Юкон мог освободиться от миллионов тонн льда,  навалившихся  ему
на грудь.
   Двенадцатого мая Харниш и Элия, захватив меховые одеяла, ведро, топор
и драгоценное ружье, спустились на лед. Они решили разыскать  припрятан-
ную на берегу лодку, замеченную ими по дороге, и, как только река  очис-
тится, плыть вниз по течению до Шестидесятой Мили. Голодные, ослабевшие,
они продвигались медленно, с трудом. Элия едва держался на ногах, и ког-
да падал, уже не мог подняться и оставался лежать. Харниш,  собрав  пос-
ледние силы, помогал ему встать, и Элия, спотыкаясь, пошатываясь, плелся
дальше, пока снова не падал.
   В тот день, когда они рассчитывали добраться до  лодки,  Элия  совсем
обессилел. Харниш поднял его, но он снова  повалился.  Харниш  попытался
вести его, поддерживая под руку, но сам был так слаб, что они оба упали.
Тогда Харниш втащил Элию на берег, наскоро устроил стоянку и пошел  охо-
титься на белок. Теперь уже и он то и дело падал.  Вечером  он  выследил
белку, но было слишком темно, он боялся промахнуться.  С  долготерпением
дикаря он дождался рассвета и час спустя подстрелил белку.
   Лучшие куски он отдал Элии, оставив себе одни жилы и кости. Но таково
свойство жизненной энергии, что это крошечное создание, этот комочек мя-
са, который при жизни двигался, передал мышцам людей,  поглотивших  его,
способность и силу двигаться. Белка уже не карабкалась на  высокие  ели,
не прыгала с ветки на ветку, не цеплялась, вереща, за уходившие  в  небо
верхушки. Однако та энергия, которая порождала все эти движения, влилась
в дряблые мышцы и надломленную волю людей и  заставила  их  двигаться  -
нет, сама двигала их, пока они тащились  оставшиеся  несколько  миль  до
припрятанной лодки; добравшись наконец до цели,  оба  рухнули  наземь  и
долго лежали неподвижно, словно мертвые.
   Снять небольшую лодку с помоста было бы делом нетрудным для здорового
мужчины, но Харниш так ослабел, что ему понадобилось на это много часов.
И еще много часов, изо дня в день, потратил он, когда ползал вокруг лод-
ки и, лежа на боку, конопатил мхом разошедшиеся швы. Наконец работа была
окончена, но река все еще не очистилась. Лед поднялся на  несколько  фу-
тов, так и не тронувшись вниз по течению. А впереди Харниша ждало  самое

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.