Случайный афоризм
Когда творишь, вычеркивай каждое второе слово, стиль от этой операции только выиграет. Сидней Смит
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

тельность, словно под воздействием легкого и  приятного  анестезирующего
средства.
   Наутро он просыпался с ощущением сухости во рту и на губах и с  тяже-
лой головой, но это быстро проходило. В восемь часов  он  во  всеоружии,
готовый к бою, сидел за письменным столом, в десять объезжал банки и по-
том до самого вечера без передышки распутывал сложное переплетение осаж-
давших его промышленных, финансовых и личных дел. А с наступлением вече-
ра - обратно в гостиницу, и опять мартини и  шотландское  виски;  и  так
день за днем, неделя за неделей.
 
 
   ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
 
   Со стороны казалось, что Харниш все тот же - неизменно бодрый, неуто-
мимый, преисполненный энергии и кипучих жизненных сил, но в глубине души
он чувствовал себя донельзя усталым. И случалось, что в его одурманенном
коктейлями уме мелькали мысли куда более здравые, чем  те,  которыми  он
был поглощен в трезвом состоянии. Так, например, однажды вечером, сидя с
башмаком в руке на краю постели, он задумался над  изречением  Дид,  что
никто не может спать сразу в двух кроватях. Он посмотрел на уздечки, ви-
севшие на стенах, потом встал и, все еще держа в руке  башмак,  сосчитал
уздечки сначала в спальне, а затем и в двух других комнатах. После этого
он опять уселся на кровать и заговорил вдумчиво, обращаясь к башмаку:
   - Маленькая женщина права. В две кровати не ляжешь. Сто сорок уздечек
- а что толку? Больше одной уздечки ведь не нацепишь. И на две лошади не
сядешь. Бедный мой Боб! Надо бы выпустить тебя на травку. Тридцать  мил-
лионов; впереди - либо сто миллионов, либо нуль.  А  какая  мне  от  них
польза? Есть много такого, чего не купишь на деньги. Дид не купишь. Силы
не купишь. На что мне тридцать миллионов, когда я не могу влить  в  себя
больше одной кварты мартини в день? Вот если бы я выдувал по сто кварт в
день - ну, тогда разговор другой. А то одна кварта,  одна  разнесчастная
кварта! У меня тридцать миллионов, надрываюсь я на работе, как  ни  один
из моих служащих не надрывается, а что я за это имею?  Завтрак  и  обед,
которые и есть-то неохота, одну кровать, одну кварту мартини и сто сорок
никому не нужных уздечек. - Он уныло уставился на стену. -  Мистер  Баш-
мак, я пьян. Спокойной ночи.
   Из всех видов закоренелых пьяниц худшие те, кто напивается в  одиноч-
ку, и таким пьяницей именно и становился Харниш. Он почти перестал  пить
на людях; вернувшись домой после долгого изнурительного дня  в  конторе,
он запирался в своей комнате и весь вечер одурманивал себя; потом ложил-
ся спать, зная, что, когда утром проснется, будет горько и сухо во  рту;
а вечером он опять напьется.
   Между тем страна вопреки присущей ей способности быстро  восстанавли-
вать свои силы все еще не могла оправиться от кризиса.  Свободных  денег
по-прежнему не хватало, хотя принадлежавшие Харнишу газеты, а также  все
другие купленные или субсидируемые газеты в Соединенных  Штатах  усердно
убеждали читателей, что денежный голод кончился и тяжелые времена отошли
в прошлое. Все публичные заявления финансистов дышали бодростью и  опти-
мизмом, но зачастую эти же финансисты были на краю  банкротства.  Сцены,
которые разыгрывались в кабинете Харниша и на заседаниях  правления  его
компаний, освещали истинное положение вещей  правдивее,  чем  передовицы
его собственных газет; вот, например, с какой речью он обратился крупным
держателям акций Электрической компании,  Объединенной  водопроводной  и
некоторых других акционерных обществ:
   - Ничего не попишешь - развязывайте мошну. У вас верное дело в руках,
но пока что придется отдать кое-что, чтобы продержаться. Я не стану рас-
пинаться вперед вами, что, мол, времена трудные и прочее. Кто  же  этого
не знает? А для чего же вы пришли  сюда?  Так  вот  надо  раскошелиться.
Контрольный пакет принадлежит мне, и я заявляю вам, что без  доплаты  не
обойтись. Либо доплата, либо труба. А уж если я вылечу в трубу, вы и со-

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.