Случайный афоризм
В поэтическом произведении предпочтительнее вероятное невозможное, чем невероятное, хотя и возможное.
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

тельность, словно под воздействием легкого и  приятного  анестезирующего
средства.
   Наутро он просыпался с ощущением сухости во рту и на губах и с  тяже-
лой головой, но это быстро проходило. В восемь часов  он  во  всеоружии,
готовый к бою, сидел за письменным столом, в десять объезжал банки и по-
том до самого вечера без передышки распутывал сложное переплетение осаж-
давших его промышленных, финансовых и личных дел. А с наступлением вече-
ра - обратно в гостиницу, и опять мартини и  шотландское  виски;  и  так
день за днем, неделя за неделей.
 
 
   ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
 
   Со стороны казалось, что Харниш все тот же - неизменно бодрый, неуто-
мимый, преисполненный энергии и кипучих жизненных сил, но в глубине души
он чувствовал себя донельзя усталым. И случалось, что в его одурманенном
коктейлями уме мелькали мысли куда более здравые, чем  те,  которыми  он
был поглощен в трезвом состоянии. Так, например, однажды вечером, сидя с
башмаком в руке на краю постели, он задумался над  изречением  Дид,  что
никто не может спать сразу в двух кроватях. Он посмотрел на уздечки, ви-
севшие на стенах, потом встал и, все еще держа в руке  башмак,  сосчитал
уздечки сначала в спальне, а затем и в двух других комнатах. После этого
он опять уселся на кровать и заговорил вдумчиво, обращаясь к башмаку:
   - Маленькая женщина права. В две кровати не ляжешь. Сто сорок уздечек
- а что толку? Больше одной уздечки ведь не нацепишь. И на две лошади не
сядешь. Бедный мой Боб! Надо бы выпустить тебя на травку. Тридцать  мил-
лионов; впереди - либо сто миллионов, либо нуль.  А  какая  мне  от  них
польза? Есть много такого, чего не купишь на деньги. Дид не купишь. Силы
не купишь. На что мне тридцать миллионов, когда я не могу влить  в  себя
больше одной кварты мартини в день? Вот если бы я выдувал по сто кварт в
день - ну, тогда разговор другой. А то одна кварта,  одна  разнесчастная
кварта! У меня тридцать миллионов, надрываюсь я на работе, как  ни  один
из моих служащих не надрывается, а что я за это имею?  Завтрак  и  обед,
которые и есть-то неохота, одну кровать, одну кварту мартини и сто сорок
никому не нужных уздечек. - Он уныло уставился на стену. -  Мистер  Баш-
мак, я пьян. Спокойной ночи.
   Из всех видов закоренелых пьяниц худшие те, кто напивается в  одиноч-
ку, и таким пьяницей именно и становился Харниш. Он почти перестал  пить
на людях; вернувшись домой после долгого изнурительного дня  в  конторе,
он запирался в своей комнате и весь вечер одурманивал себя; потом ложил-
ся спать, зная, что, когда утром проснется, будет горько и сухо во  рту;
а вечером он опять напьется.
   Между тем страна вопреки присущей ей способности быстро  восстанавли-
вать свои силы все еще не могла оправиться от кризиса.  Свободных  денег
по-прежнему не хватало, хотя принадлежавшие Харнишу газеты, а также  все
другие купленные или субсидируемые газеты в Соединенных  Штатах  усердно
убеждали читателей, что денежный голод кончился и тяжелые времена отошли
в прошлое. Все публичные заявления финансистов дышали бодростью и  опти-
мизмом, но зачастую эти же финансисты были на краю  банкротства.  Сцены,
которые разыгрывались в кабинете Харниша и на заседаниях  правления  его
компаний, освещали истинное положение вещей  правдивее,  чем  передовицы
его собственных газет; вот, например, с какой речью он обратился крупным
держателям акций Электрической компании,  Объединенной  водопроводной  и
некоторых других акционерных обществ:
   - Ничего не попишешь - развязывайте мошну. У вас верное дело в руках,
но пока что придется отдать кое-что, чтобы продержаться. Я не стану рас-
пинаться вперед вами, что, мол, времена трудные и прочее. Кто  же  этого
не знает? А для чего же вы пришли  сюда?  Так  вот  надо  раскошелиться.
Контрольный пакет принадлежит мне, и я заявляю вам, что без  доплаты  не
обойтись. Либо доплата, либо труба. А уж если я вылечу в трубу, вы и со-

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.