Случайный афоризм
Мы знаем о литературе всё, кроме одного: как ею наслаждаться. Дж.Хеллер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

жизни. Она с увлечением вспоминала свое детство на ранчо, описывала  ло-
шадей, собак, людей, предметы, а он мысленно следил за тем, как  она  из
девочки превращалась в женщину. Узнал он и о том, как отец ее  разорился
и умер, а ей пришлось бросить университет и наняться в контору. Говорила
она и о больном брате, о том, что она уже много лет делает все, что в ее
силах, чтобы он вылечился, и что уже не верит в его выздоровление.  Хар-
ниш убедился, что найти с ней общий язык вовсе не  так  трудно,  как  он
предполагал; однако он постоянно чувствовал, что за всем,  что  ему  из-
вестно о ней, таится загадка, именуемая "женщина". И он смиренно призна-
вался самому себе, что об этом безбрежном неисследованном море, по кото-
рому ему предстоит пуститься в плавание, он не знает ровно ничего.
   Он боялся женщин потому, что не понимал их, и не понимал  их,  потому
что боялся. Дид верхом на гнедой кобыле, Дид, в летний полдень  собираю-
щая маки на горном склоне, Дид, быстро и уверенно  стенографирующая  под
диктовку, - все это было ясно и понятно. Но той Дид, у которой мгновенно
менялось настроение, которая упорно отказывалась  встречаться  с  ним  и
вдруг соглашалась, в чьих глазах,  словно  непонятные  ему  сигналы,  то
вспыхивали, то гасли золотые искорки, - той Дид он не знал. Во всем этом
он видел таинственные глубины женственности, поддавался их  обаянию,  но
постичь не надеялся.
   И еще одна сторона ее жизни, как хорошо понимал Харниш, была  закрыта
для него. Она любила книги, она обладала тем, что люди с почтением назы-
вают загадочным словом "культура". Но, к его величайшему удивлению,  эта
культура никогда не вторгалась в их отношения. Дид не заговаривала ни  о
книгах, ни об искусстве, ни о прочих высоких материях. Его неискушенному
уму она казалась такой же бесхитростной, как  он  сам.  Она  любила  все
простое и естественное: свежий воздух, лошадей,  солнце,  цветы.  Расти-
тельность этого края была ему мало знакома, и она учила его распознавать
различные виды дуба, показывала мансаниту и земляничное дерево, перечис-
ляла названия, свойства, места распространения бесконечных  разновиднос-
тей полевых цветов, кустарников, папоротников. Ее зоркий глаз, от  кото-
рого ничто лесное не укрывалось, восхищал Харниша. Этим она была обязана
детству, проведенному среди природы. Однажды они поспорили, кто  из  них
обнаружит больше птичьих гнезд. И ему,  который  всегда  гордился  своей
острой наблюдательностью, немало труда стоило победить в  этом  состяза-
нии. К концу дня он опередил ее только на три гнезда, и то одно  из  них
она прямо оспаривала, да и он должен был сознаться, что  не  верен,  кто
первым увидел его. Он высказал ей свое "восхищение и прибавил, что - она
сама похожа на птицу - такая же зоркая и проворная.
   Чем ближе он узнавал ее, тем больше убеждался, что многое в ней напо-
минает птицу. Вот почему она любит ездить верхом, говорил он  себе.  Это
почти то же, что летать. Поле, пестрящее маками, лощинка, заросшая папо-
ротником, проселок, окаймленный  тополями,  красновато-коричневая  земля
косогора, луч солнца на далекой вершине - все это вызывало у нее радост-
ные возгласы, которые звучали в его ушах, как птичье пение. Она  радова-
лась каждому пустяку, и песня ее не умолкала. Это впечатление не исчеза-
ло даже в те минуты, когда она проявляла суровость. Глядя, как она  про-
езжает Боба и старается укротить неуемного жеребца, он мысленно  сравни-
вал ее с орлицей.
   Ее маленькие мимолетные радости были радостью и для него.  Стоило  ей
устремить восхищенный взор на что-нибудь, привлекшее ее внимание, как он
с не меньшим восхищением впивался глазами в ее лицо. Она же научила  его
лучше видеть и понимать природу. Она указывала ему  на  краски  пейзажа,
которых он без нее ни за что бы не приметил. До сих пор он  знал  только
простые цвета. Все оттенки красного  цвета  были  для  него  красные,  и
только. Черное - это черное, коричневое - коричневое, а когда коричневый
цвет переходит в желтое - это уже желтый цвет, а не коричневый.  Пурпур-
ный он всегда воспринимал как кроваво-красный, но Дид объяснила ему, что
он ошибается. Однажды, когда они очутились на высоком гребне, где огнен-
ные маки, покачиваемые ветром, достигали коленей лошадей, Дид так и зас-

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.