Случайный афоризм
Роман, прожитый каждым индивидом, остается более грандиозным произведением, чем любое из произведений, когда-либо написанных на бумаге. Виктор Франкл
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

умница, понимает, с кем можно ломаться, а с кем нельзя.
   Боб сделал еще одну попытку. Но на этот раз удар  по  носу  сдвоенным
хлыстом остановил его в самом начале и заставил опустить ноги. И не при-
бегая ни к поводьям, ни к шпорам, только грозя  хлыстом,  Дид  выровняла
Боба.
   Она с торжеством посмотрела на Харниша.
   - Можно мне проездить его? - попросила она.
   Харниш кивнул в знак согласия, и она умчалась. Он следил за ней  гла-
зами, пока она не скрылась за изгибом  дороги,  и  потом  с  нетерпением
ждал, когда она снова появится. Как она ездит верхом! Золото, а  не  де-
вушка! Вот это жена для настоящего мужчины! Рядом с ней все другие  жен-
щины кажутся какими-то плюгавыми. И подумать только,  что  день-деньской
она сидит за машинкой. Разве ей место в конторе? Ей надо  быть  замужем,
ничего не делать, ходить в шелку и бархате, осыпанной с  ног  до  головы
бриллиантами (таковы были несколько дикарские понятия Харниша о том, что
приличествует горячо любимой супруге), иметь своих лошадей, собак и  все
такое... "Ну что ж, мистер Времяне-ждет, посмотрим, может, мы с вами тут
что-нибудь обмозгуем", - прошептал он про себя; вслух же он сказал:
   - Вы молодец, мисс Мэсон, просто молодец! Нет той лошади, которая бы-
ла бы слишком хороша для вас. Никогда не думал, что  женщина  может  так
ездить верхом. Нет, нет, не слезайте, мы поедем потихоньку до карьера. -
Он засмеялся. - Боб-то даже чуть-чуть застонал, когда вы  стукнули  его,
вот в самый последний раз. Вы слышали? А как он вдруг  уперся  ногами  в
землю, будто наткнулся на каменную стену. Смекалки у него  хватает,  те-
перь ему известно, что эта стена всегда будет перед ним, как  только  он
начнет дурить.
   Когда вечером они расстались у ворот, где начиналась дорога на  Берк-
ли, он свернул к роще и, притаившись за деревьями, смотрел ей вслед, по-
ка она не скрылась из глаз. Потом он поехал в сторону Окленда и, смущен-
но усмехаясь, пробормотал сквозь зубы:
   - Ну, теперь дело за мной. Придется купить этот чертов карьер.  Иначе
как я объясню ей, зачем я шляюсь по этим горам?
   Но надобность в этой покупке на время отпала, ибо  ближайшее  воскре-
сенье он провел в одиночестве. Дид Мэсон не выехала на дорогу из Беркли;
то же повторилось и через неделю. Харниш был вне себя от тоски и досады,
но в конторе и виду не подавал. Он не замечал никакой перемены в  Дид  и
сам старался держаться с ней по-прежнему. Занятия в  конторе  шли  своим
заведенным порядком, но теперь  Харниша  этот  порядок  доводил  до  бе-
шенства. Все существо его восставало против правила,  которое  запрещает
человеку вести себя со своей стенографисткой  так,  как  любому  мужчине
разрешено вести себя с любой женщиной. "На кой черт тогда  миллионы?"  -
вопросил он однажды, обращаясь к календарю на  письменном  столе,  после
того как Дид, кончив стенографировать, вышла из кабинета.
   К концу третьей недели, предчувствуя, что его ждет еще одно тоскливое
воскресенье, Харниш не выдержал и заговорил с ней. Со  свойственной  ему
прямотой и стремительностью он без обиняков приступил к делу. Когда Дид,
кончив работу, собирала свои блокноты и карандаши, он сказал:
   - Подождите минуточку, мисс Мэсон. Надеюсь, вы не обидитесь,  если  я
честно скажу, что у меня на душе. Я всегда считал вас девушкой умной, и,
думается мне, вы не рассердитесь на мои слова. Вы давно работаете в моей
конторе, уже несколько лет. И вы  знаете,  я  всегда  обращался  с  вами
по-хорошему, по-честному. Я ни разу, как говорится, не позволил себе че-
го-нибудь. Именно оттого, что вы у меня служите, я... я очень остерегал-
ся, больше, чем если бы вы у меня не служили...  ну,  вы  понимаете.  Но
ведь я все-таки живой человек. Я очень одинок...  только  не  подумайте,
что я говорю это, чтобы разжалобить вас. Просто я  хочу  объяснить  вам,
чем для меня были наши две прогулки. А  теперь  позвольте  мне  спросить
вас, почему вы не катались ни в прошлое, ни в позапрошлое воскресенье?
   Он умолк, дожидаясь ее ответа. Ему было очень неловко, его бросило  в
жар, испарина бусинками выступила на лбу. Она не сразу ответила,  и  он,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.