Случайный афоризм
Настоящий писатель, каким мы его мыслим, всегда во власти своего времени, он его слуга, его крепостной, его последний раб. Элиас Канетти
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                                    3

   Первый переход Кита с поклажей прошел удачно. До Финниганского брода
их багаж, весивший две тысячи пятьсот фунтов, несли индейцы, которых
удалось нанять. После брода им пришлось нести самим. Они рассчитали, что
могут делать по миле в день. Это казалось очень легким, но только на
словах. Так как Джон Беллью должен был оставаться в лагере, чтобы готовить
пищу, он мог делать не более одного-двух переходов с поклажей. Таким
образом, на долю каждого из троих молодых людей выпал тяжкий жребий
ежедневно перетаскивать на милю вперед по восемьсот фунтов; считая, что
каждый вьюк весит пятьдесят фунтов, им пришлось бы ежедневно шестнадцать
раз проходить милю с грузом за плечами и пятнадцать обратно порожняком.
   - Пятнадцать потому, что последний раз нам не придется возвращаться
за поклажей, - объяснил Кит свое приятное открытие.
   При восьмидесятифунтовых тюках им предстояло бы делать девятнадцать
миль ежедневно - туда и назад, а при стофунтовых только пятнадцать.
   - Я не люблю ходить пешком, - заявил Кит, - и чем бегать туда и назад
девятнадцать раз, предпочитаю носить по сто фунтов сразу.
   Заметив недоверчивую улыбку на лице у дяди, он поспешно добавил:
   - Конечно, не сразу; я буду приучаться постепенно. Для того, чтобы
приобрести сноровку, нужно время. Начну с пятидесяти фунтов.
   Кит взял пятьдесят фунтов и всю дорогу шел весело и быстро, даже
вприпрыжку. У места, назначенного для следующей стоянки, Кит сбросил тюк и
налегке отправился обратно, за новой поклажей. Это вовсе не так трудно,
думал он. Но две мили сбили с него самоуверенность. Следующая кладь весила
шестьдесят пять фунтов. Нести оказалось уже значительно труднее, и Кит
больше не подпрыгивал. По примеру всех носильщиков, он часто опускался на
землю и отдыхал, прислонив поклажу, висевшую на спине, к камню или пню. К
третьему разу он так расхрабрился, что принял в ремни девяностофунтовый
мешок с бобами и взвалил его себе на плечи. Но прошел сто шагов и
почувствовал, что вот-вот свалится. Кит сел на землю и вытер лицо.
   - Короткие переходы и короткие перевалы, - бормотал он. - Вот в чем
штука.
   Порою он садился отдыхать, не сделав и сотни шагов, а груз после
каждого отдыха становился заметно тяжелее. Он трудно дышал, и пот лил с
него ручьями. Не пройдя и четверти мили, он сорвал с себя шерстяную
фуфайку и повесил ее на дерево. Через несколько минут он далеко забросил
шляпу. Пройдя полмили, Кит решил, что ему конец. Никогда в жизни он не
чувствовал себя так плохо. Обессиленный, он сидел на земле, и вдруг взгляд
его упал на револьвер и тяжелый патронташ, болтавшийся у пояса...
   - Хлам - лишние десять фунтов, - пробурчал он злобно и отстегнул
револьвер и патронташ.
   Он даже не дал себе труда повесить револьвер на дерево, а просто
швырнул его в кусты. Молчаливые, тяжело нагруженные путники угрюмо
двигались по дороге, и Кит заметил, что другие новички тоже бросают свое
оружие.
   Кит стал присаживаться все чаще и чаще. Протащится кое-как сто футов,
а там кровь бешено забьется в ушах, затрясутся колени - и он принужден
опуститься на землю. Остановки делались все продолжительнее. А воображение
лихорадочно работало. Впереди двадцать восемь миль пути, двадцать восемь
томительных дней, а этот первый день, судя по всему, самая легкая часть
путешествия...
   - То ли еще будет, когда дойдем до Чилкута, - говорили ему его
спутники во время стоянок. - Там придется карабкаться на четвереньках.
   - Мне до Чилкута не дойти, - отвечал Кит. - Это не для меня. Задолго
до Чилкута я упокоюсь в уютной яме, под покровом мха.
   Он поскользнулся, и, чтобы удержаться на ногах, ему пришлось сделать
огромное усилие. Все перевернулось у него внутри.
   - Если я упаду под этой тяжестью, я уже больше не встану, - сказал

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.