Случайный афоризм
Настоящие писатели - совесть человечества. Людвиг Андреас Фейербах
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

принялся убирать палатку.
   Хозяева проснулись и громко застонали. Их одеревенелые мускулы ныли,
расставаться со сном было для них мукой.
   - Который час? - спросил Стайн.
   - Половина девятого.
   - Еще темно, - возразил Стайн.
   Малыш выдернул несколько шестов, и палатка стала оседать.
   - Сейчас не утро! - пояснил он. - Не утро, а вечер. Вставайте! Озеро
покрывается льдом. Нужно сегодня же выбраться отсюда.
   Стайн со злым лицом уселся на постели.
   - Пусть его замерзает! Мы не тронемся сегодня.
   - Ну и не трогайтесь, пожалуйста! А мы со Смоком берем лодку и едем.
   - Но вы подрядились...
   - Доставить вас в Доусон! - перебил его Малыш. - Вот мы и тащим вас в
Доусон, разве не так?
   И он наглядно подтвердил свои слова, обрушив палатку на головы
хозяев.
   Ломая тонкий лед маленькой бухты, лодка вошла в озеро, где тяжелая
как стекло, вода оседала на веслах льдом. Вскоре озеро превратилось в
густую кашу, в которую с трудом погружались весла. Капавшая с весел вода
замерзала в воздухе. Поверхность озера затягивалась тонкой корочкой, и
лодка двигалась вперед все медленнее и медленнее.
   Впоследствии Кит нередко пытался восстановить в памяти события этой
ночи, но это ему никогда не удавалось. "А что чувствовали несчастные Спраг
и Стайн?" - думал Кит, вспоминая свои тогдашние муки. Пробиваясь сквозь
замерзающую воду, он чувствовал себя так, как будто борется с лютым
морозом и невыносимой усталостью по крайней мере уже тысячу лет.
   Наутро лодка стала - и ни с места. Стайн отморозил себе пальцы, Спраг
- нос, а у Кита мучительно ныли и щеки и нос, давая ему знать, что мороз
не обошел и его. Когда немного рассвело, они огляделись. Всюду, куда
хватал взгляд, расстилалась ледяная равнина. Озеро замерзло. Вдали, в
какой-нибудь сотне шагов от них, виднелся северный берег. Малыш уверял,
что там - устье реки и что он видит воду. Работать были в состоянии только
Кит и Малыш. Разбивая веслами лед, они повели лодку дальше. Когда
последние силы уже покидали их, быстрое течение реки вдруг подхватило
лодку и понесло. Оглянувшись, они увидели, что целая стая выехавших ночью
лодок бесповоротно застыла в могучих тисках льда; а они обогнули отмель и
направились вниз по течению со скоростью шести миль в час.



                                    6

   День за днем плыли они по быстрой реке, и с каждым днем береговой лед
сковывал все большие и большие пространства воды, подбираясь к середине
реки. Перед тем как лечь спать, они вырубали во льду желоб для лодки и
переносили на берег все необходимое для привала. Утром они снова вырубали
лодку из свежего льда и тащили ее к воде. Малыш установил в лодке железную
печку, и Спраг и Стайн проводили у печки длинные, томительные часы. Они
покорились судьбе, не отдавали больше приказаний, и единственным их
желанием было - поскорее добраться до Доусона. Малыш, неутомимый веселый
пессимист Малыш, не жалея сил, выкрикивал три строчки первого куплета
песни, которую он позабыл:

                     Как аргонавты в старину,
                     Родной покинув дом,
                     Плывем, тум-тум, тум-тум, тум-тум,
                     За Золотым Руном.

   Чем крепче становился мороз, тем чаще пел эту песню Малыш.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.