Случайный афоризм
Писатели, кстати сказать, вовсе не вправе производить столько шума, сколько пианисты. Роберт Вальзер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

конвойными. Они направились к северу, перевалили через невысокую гряду,
спустились к перелеску, который накануне заметил Смок. Миль десять -
двенадцать шли по руслу ручья, а когда он стал отклоняться к западу,
свернули по узкому притоку прямо на восток.
   В первый раз они остановились на ночлег в месте, где за несколько
дней до них стояли лагерем какие-то люди. Тут хранились запасы вяленой
лососины и мяса, - все это индейцы теперь взяли с собой. От стоянки
уходило много лыжных следов, и Смок понял, что эти-то люди и захватили
Малыша; и еще прежде, чем стемнело, ему удалось разглядеть на снегу следы
знакомых лыж, более узких, чем лыжи индейцев. Он знаками стал
расспрашивать своих спутников, они утвердительно кивнули и показали на
север.
   И во все следующие дни они показывали на север; и как ни кружила, ни
извивалась тропа меж беспорядочно теснящихся, нацеленных в небо скалистых
пиков, все же она упорно вела на север. То и дело казалось, что в этой
суровой снежной пустыне дальше нет дороги, и, однако, тропа поворачивала,
отступала, находя невысокие перевалы и избегая крутых, неодолимых горных
кряжей. Здесь навалило больше снегу, чем ниже, в долинах, и каждый шаг
надо было брать с бою, утаптывая целину лыжами. Притом все спутники Смока
были молоды, шли легким, быстым шагом; и вглубине души он невольно
гордился тем, что без труда поспевает за ними. Они были закалены кочевой
жизнью, с самого раннего детства привыкли прокладывать путь через снега; и
все же он был так крепок и здоров, что этот переход давался ему не
тяжелее, чем им.
   За шесть дней они достигли главного перевала и миновали его; хоть он
был ниже окружающих грозных гор, но все же лежал на огромной высоте и был
недоступен для нагруженных нарт. А через пять дней, спускаясь капризной,
извилистой тропой все ниже и ниже, они вышли на широко раскинувшуюся
холмистую равнину, открытую Лаперлем десять лет назад. Смок узнал ее с
первого взгляда. В этот морозный день термометр показывал сорок градусов
ниже нуля и воздух был так прозрачен, что видно было на сто миль вокруг.
Насколько хватал глаз, перед Смоком расстилалась эта волнистая равнина.
Далеко на востоке еще виднелись Скалистые Горы, вздымавшие в небо свои
неприступные, покрытые снегом зубчатые гребни. К югу и западу тянулись
изрезанные ущельями отроги, которые Смок и его спутники недавно пересекли.
А здесь, в гигантской впадине, лежал край, по которому прошел Лаперль, -
край, одетый снегами, но несомненно, богатый дичью, а летом это, конечно,
смеющаяся, цветущая, вся в зелени земля.
   К полудню они спустились по широкому руслу замерзшего потока, мимо
утонувших в снегу ив и голых осин, пересекли ровные пространства, густо
поросшие елью, и вышли к большому лагерю, покинутому совсем недавно. На
ходу Смок подсчитал примерно следы костров - их было сотни четыре, а то и
пять; как видно, здесь стояли лагерем несколько тысяч человек. Тропа была
свежая, утоптанная множеством мокасин, так что Смок и его похитители сняли
лыжи и без них пошли еще быстрей. Все больше признаков указывало на обилие
в этих местах дичи, все чаще попадались следы хищников - волков и рысей.
Один из индейцев с радостным возгласом указал на широкую поляну, усеянную
обглоданными оленьими черепами: снег на поляне был взрыт и измят, словно
тут разыгралось большое сражение. И Смок понял, что после недавнего
снегопада охотники перебили здесь немало дичи.
   Стало смеркаться, но индейцы ничем не обнаруживали намерения
остановиться на ночлег. В сгущавшихся сумерках они шли все вперед и
вперед; порою небо вспыхивало, тьма рассеивалась и огромные мерцающие
звезды бледнели, подернутые трепетной зеленоватой дымкой северного сияния.
Собаки Смока первыми заслышали вдалеке шум лагеря, насторожились и
тихонько заскулили от нетерпения. Потом и человеческий слух стал
улавливать отдаленный гул, еще смутный, но не смягченный расстоянием, как
бывает обычно. Напротив, это был пронзительный, дикий шум, нестройные
резкие звуки перебивались еще более резкими - протяжным воем множества
лаек, и в этом вое, то визгливом, то заунывном, слышались тревога и боль,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.