Случайный афоризм
Писатель существует только тогда, когда тверды его убеждения. Оноре де Бальзак
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Владимир Набоков.
     Лолита

     1

  Лолита, свет моей жизни,  огонь моих чресел.  Грех  мой,  душа
моя.  Ло-ли-та:  кончик языка совершает путь в три шажка вниз по
небу, чтобы на третьем толкнуться о зубы. Ло. Ли. Та.
  Она была  Ло,  просто Ло,  по утрам,  ростом в пять футов (без
двух вершков и в одном носке).  Она была Лола в длинных  штанах.
Она была Долли в школе. Она была Долорес на пунктире бланков. Но
в моих объятьях она была всегда: Лолита.
  А предшественницы-то  у  нее  были?  Как  же - были...  Больше
скажу:  и Лолиты бы не оказалось никакой, если бы я не полюбил в
одно   далекое   лето  одну  изначальную  девочку.  В  некотором
княжестве у моря (почти как у По).
  Когда же это было, а?
  Приблизительно за столько же лет до рождения  Лолиты,  сколько
мне  было  в  то  лето.  Можете  всегда  положиться  на убийцу в
отношении затейливости прозы.
  Уважаемые присяжные женского и мужеского пола!  Экспонат Номер
Первый представляет  собой  то,  чему  так  завидовали  Эдгаровы
серафимы  - худо осведомленные,  простодушные,  благороднокрылые
серафимы... Полюбуйтесь-ка на этот клубок терний.

     2

  Я родился  в  1910-ом  году,  в  Париже.  Мой  отец  отличался
мягкостью сердца, легкостью нрава - и целым винегретом из генов:
был швейцарский гражданин, полуфранцуз-полуавстриец, с Дунайской
прожилкой.     Я    сейчас    раздам    несколько    прелестных,
глянцевито-голубых открыток.
  Ему принадлежала  роскошная  гостиница на Ривьере.  Его отец и
оба деда торговали вином,  бриллиантами и шелками (распределяйте
сами). В тридцать лет он женился на англичанке, дочке альпиниста
Джерома Дунна,  внучке двух Дорсетских  пасторов,  экспертов  по
замысловатым   предметам:   палеопедологии   и   Эоловым   арфам
(распределяйте  сами).  Обстоятельства  и  причина  смерти  моей
весьма  фотогеничной  матери были довольно оригинальные (пикник,
молния);  мне же было тогда всего три года,  и,  кроме какого-то
теплого  тупика  в  темнейшем  прошлом,  у меня ничего от нее не
осталось в котловинах и впадинах памяти,  за которыми - если  вы
еще  в  силах  выносить  мой  слог (пишу под надзором) - садится
солнце моего  младенчества:  всем  вам,  наверное,  знакомы  эти
благоуханные остатки дня, которые повисают вместе с мошкарой над
какойнибудь цветущей изгородью и в которые  вдруг  попадаешь  на
прогулке,  проходишь  сквозь  них,  у  подножья холма,  в летних
сумерках - глухая теплынь, золотистые мошки.
  Старшая сестра матери,  Сибилла,  бывшая замужем за двоюродным
братом моего отца - вскоре,  впрочем, бросившим ее, - жила у нас
в доме в качестве не то бесплатной гувернантки,  не то экономки.
Впоследствии я слышал,  что она была влюблена в моего отца и что
однажды,  в  дождливый денек,  он лежомысленно воспользовался ее
чувством - да все позабыл,  как только погода прояснилась. Я был
чрезвычайно  привязан  к  ней,  несмотря  на суровость - роковую
суровость - некоторых ее правил. Может быть, ей хотелось сделать
из меня более добродетельного вдовца,  чем отец.  У тети Сибиллы
были лазоревые,  окаймленные розовым глаза и восковой цвет лица.
Она писала стихи. Была поэтически суеверна. Говорила, что знает,
когда умрет - а именно когда мне исполнится шестнадцать лет -  и

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.