Случайный афоризм
Чтобы довести посещение библиотек до невероятных показателей, надо перенести туда с прилавков все самые подлые и глупые книги. (Елена Ермолова)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

драмы. Как-то сырым утром,  во  время  этой  пляски  плаща,  он
ненароком  смахнул  с  собственного  носа  очки,  и, помогая их
искать, я нашел у подножья дерева самца и самку весьма  редкого
в   наших   краях   амурского   бражника,--   чету  только  что
вылупившихся,   восхитительно    бархатистых,    лиловато-серых
существ,  мирно  висевших  in  соpula  (вместе (лат.)) с
травяного стебля, за который они уцепились шеншилевыми лапками.
Осенью того же года А. поехал  с  нами  в  Биарриц,  и  там  же
внезапно  покинул  нас,  оставив на подушке вместе с прощальной
запиской  безопасную  бритву  "жиллет"  раннего  типа,  большую
новинку,  которую  мы  ему  подарили  на именины. Со мною редко
бывает, чтобы я не знал, какое воспоминание мое собственное,  а
какое  только  что  пропущено  через меня, и получено из вторых
рук; тут я колеблюсь: многими  годами  позже  моя  мать  смеясь
рассказывала  о  пламенной  любви, которую она нечаянно зажгла.
Как будто припоминаю полуотворенную дверь  в  гостиную  и  там,
посредине  зеленого  ковра,  нашего  А.  на коленях, чуть ли не
ломающего руки перед моей  оцепеневшей  от  удивления  матерью;
однако  то  обстоятельство,  что  я  вижу  сквозь  жестикуляцию
бедняги взмах его романтического плаща, наводит меня на  мысль,
не  пересадил  ли  я  лесной  танец  в  солнечную комнату нашей
биаррицкой квартиры, под окнами которой, в  отделенном  канатом
углу   площади,  местный  воздухоплаватель  Sigismond  Lejoyeux
занимался надуванием огромного желтого шара.
     Следующим нашим гувернером -- зимой 1907-го  года  --  был
украинец,   симпатичный  человек  с  темными  усами  и  светлой
улыбкой. Он тоже умел  показывать  штуки  --  например,  чудный
фокус  с  исчезновением  монеты.  Монета,  положенная  на  лист
бумаги, накрывается стаканом  и  мгновенно  исчезает.  Возьмите
обыкновенный   стакан.  Аккуратно  заклейте  отверстие  кружком
клетчатой или линованной бумаги, вырезанной по  его  периферии.
На такую же бумагу посреди стола положите двугривенный. Быстрым
движением  накройте  монету  приготовленным  стаканом. При этом
смотрите, чтобы клетки или  полоски  на  бумажном  листе  и  на
стакане   совпали.   Иначе   не   будет  иллюзии  исчезновения.
Совпадение узоров есть одно из чудес  природы.  Чудеса  природы
рано  занимали  меня.  В  один  из  его выходных дней, с бедным
фокусником случился на улице сердечный припадок, и,  найдя  его
лежащим  на  тротуаре,  неразборчивая  полиция  посадила  его в
холодную с десятком пьяниц.
     Следующая картинка кажется вставленной  вверх  ногами.  На
ней  виден  третий гувернер, стоящий на голове. Это был могучий
латыш, который умел ходить на руках, поднимал высоко на  воздух
много  мебели,  играл  огромными  черными  гирями  и мог в одну
секунду  наполнить  обыкновенную  комнату  запахом  целой  роты
солдат. Ему иногда приходилось наказывать меня за ту или другую
шалость  (помню,  например,  как однажды, когда он спускался по
лестнице, я с верхней  площадки  ловко  уронил  каменный  шарик
прямо на его привлекательную, необыкновенно твердую на вид и на
звук  голову);  выбирая  наказание,  он  пользовался  не совсем
обычным педагогическим приемом: весело предлагал,  что  мы  оба
натянем боевые перчатки и попрактикуемся в боксе, после чего он
ужасными,   обжигающими   и   потрясающими   ударами   в  лицо,
похохатывая,  парировал  мой  детский  натиск  и  причинял  мне
невозможную  боль.  Хотя в общем я предпочитал эти неравные бои
системе нашей бедной мадемуазель, для  которой  до  судороги  в
кисти  приходилось  раз  двести  подряд  переписывать  штрафную
фразу, вроде Qui aime bien, chвtie bien (Кто крепко любит,  тот
строго  карает  (франц.)),  я  не  очень горевал,
когда  остроумный  атлет  отбыл  после  недолгого,  но  бурного

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.