Случайный афоризм
Писатель - это человек, которому язык является как проблема и который ощущает глубину языка, а вовсе не его инструментальность или красоту. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1938 году скончался(-лась) Александр Иванович Куприн


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

локоть  руку,  я  становился  на  одно колено, чтобы с мычанием
сладчайшего удовольствия  сжать  двумя  пальцами  сквозь  кисею
сачка  трепетную  грудку синей, с серебряными точками с исподу,
диковинки и любовно высвободить сверкающего маленького мертвеца
из складок сетки,-- даже на нее садились  обезумевшие  от  моей
близости   комары.  Мои  пальцы  пахли  бабочками  --  ванилью,
лимоном, мускусом,-- ноги промокли до  пахов,  губы  запеклись,
колотилось  сердце,  но я все шел да шел, держа наготове сачок.
Наконец я добрался до конца болота. Подъем за ним весь пламенел
местными    цветами    --лупином,    аквилией,     пенстемоном;
лилия-марипоза сияла под пондерозовой сосной; вдали и в вышине,
над  границей  древесной  растительности,  округлые тени летних
облаков бежали  по  тускло-зеленым  горным  лугам,  а  за  ними
вздымался скалисто-серый, в пятнах снега Longs Peak .
     Далеко  я  забрел,--однако  былое  у меня все под боком, и
частица грядущего тоже со мной. В цветущих зарослях  аризонских
каньонов,  высоко на рудоносных склонах Сан-Мигуэльских Гор, на
озерах  Тетонского  урочища  и  во  многих  других  суровых   и
прекрасных  местностях,  где  все  тропы  и  яруги мне знакомы,
каждое лето летают и будут летать мною открытые, мною описанные
виды и подвиды. "Именем  моим  названа  --"  нет,  не  река,  а
бабочка в Аляске, другая в Бразилии, третья в Ютахе, где я взял
ее  высоко  в  горах,  на  окне лыжной гостиницы--та Eupithecia
nabokovi McDunnough, которая таинственно завершает тематическую
серию, начавшуюся в петербургском лесу. Признаюсь, я не верю  в
мимолетность  времени--легкого,  плавного, персидского времени!
Этот волшебный ковер я научился так складывать, чтобы один узор
приходился на другой. Споткнется или  нет  дорогой  посетитель,
это его дело. И высшее для меня наслаждение -- вне дьявольского
времени,  но  очень даже внутри божественного пространства--это
наудачу выбранный пейзаж, все равно в какой  полосе,  тундровой
или  полынной,  или  даже  среди остатков какого-нибудь старого
сосняка у железной  дороги  между  мертвыми  в  этом  контексте
Олбани  и Скенектеди (там у меня летает один из любимейших моих
крестников, мой  голубой  samuelis)  --  словом,  любой  уголок
земли,  где  я  могу  быть  в  обществе  бабочек  и кормовых их
растений. Вот это -- блаженство, и  за  блаженством  этим  есть
нечто,  не  совсем  поддающееся определению. Это вроде какой-то
мгновенной  физической  пустоты,   куда   устремляется,   чтобы
заполнить  ее,  все,  что я люблю в мире. Это вроде мгновенного
трепета умиления и благодарности, обращенной, как  говорится  в
американских  официальных рекомендациях, to whom it may concern
-- не знаю, к кому и  к  чему,--  гениальному  ли  контрапункту
человеческой  судьбы  или благосклонным духам, балующим земного
счастливца.

     ГЛАВА СЕДЬМАЯ

     1

     В железнодорожном агентстве  на  Невском  была  выставлена
двухаршинная модель коричневого спального вагона: международные
составы  того  времени  красились  под  дубовую  обшивку, и эта
дивная, тяжелая с виду вещь с медной надписью над окнами далеко
превосходила в подробном правдоподобии  все  мои,  хорошие,  но
явно  жестяные и обобщенные, заводные поезда. Мать пробовала ее
купить; увы, бельгиец-служащий был неумолим. Во время  утренней
прогулки    с    гувернанткой   или   воспитателем   я   всегда
останавливался и молился на  нее.  Иметь  в  таком  портативном
виде,  держать в руках так запросто вагон, который почти каждую

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.