Случайный афоризм
Не тот поэт, кто рифмы плесть умеет. Александр Сергеевич Пушкин
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

прогулки". На тесной от душистых кустов тропинке,  спускавшейся
из  Гаспры  (Крым)  к  морю  ранней  весной 1918 года, какой-то
большевицкий часовой, колченогий дурень с серьгой в одном  ухе,
хотел  меня арестовать за то, что, дескать, сигнализирую сачком
английским судам. Летом 1929 года, когда я  собирал  бабочек  в
Восточных  Пиренеях,  не  было  кажется  случая, чтобы, шагая с
сачком через деревушку, я оглянулся и не увидел  каменеющих  по
мере  моего  прохождения поселян, точно я был Содом, а они жены
Лота, Еще через десять лет,  в  Приморских  Альпах,  я  однажды
заметил,  как  за  мной  извилисто-тихо,  по-змеиному, зыблется
трава, и, пойдя назад, наступил на жирного  полевого  жандарма,
который  полз  на  животе,  уверенный,  что  я беззаконно ловлю
певчих птиц для продажи. Америка выказала  пожалуй  еще  больше
нездорового  интереса  по  отношению  ко  мне.  Угрюмые фермеры
молчаливым   жестом   указывали   мне   на    надпись    "Удить
воспрещается";  из проносившихся по шоссе автомобилей доносился
издевательский рев; сонные собаки, равнодушные к  зловоннейшему
бродяге, настораживались и, рыча, шли на меня; малютки надрывно
спрашивали -- что же это такое? у своих озадаченных мам; старые
опытные   туристы   хотели   знать,   не   рыболов   ли   я,
собирающий кузнечиков для насадки;  журнал  "Лайф"  звонил,
спрашивая,  не  хочу  ли  я быть снятым в красках, преследующим
популярных бабочек,  с  популярным  объяснительным  текстом;  и
однажды,  в пустыне, где-то в Новой Мексике, среди .высоких юкк
в  лилейном  цвету  и  натуженных  кактусов,  за  мною  шла   в
продолжение двух-трех миль огромная вороная кобыла.

     4

     Когда,  отряхнув  погоню,  я  сворачивал  с рыхлой красной
дороги в парк, чтобы добраться через  него  до  полей  и  леса,
оживление  и  блеск молодого лета были как трепет сочувствия ко
мне со стороны единодушной природы. Тут весной, высоко и слабо,
между елок вился шелковисто-лазоревый  аргиол;  едва  заметный,
темный,   на  зеленой  подкладке,  хвостатик  посещал  цветущую
чернику; мчалась через прогалины белая, с оранжевыми кончиками,
аврора; теперь же, в июне, тихо  порхала,  где  тень  и  трава,
вдоль   троп   и   у  мостиков,  черная  со  ржавчиной  эребия,
появлявшаяся с таинственным постоянством только  каждый  второй
год;  и тут же грелась, раскрывшись, на листьях молодых осинок,
красно-черная, испещренная  мелом,  евфидриада.  Вот  сложилась
полупрозрачная,  в  графитовых жилках, боярышница, присевшая на
расцветший от одного взгляда памяти придорожный репейник,  и  с
него  же  снялись,  стрельнув  вверх  один за другим, два самца
червонной лицены: выше и выше поднимаются они, дерясь, а  затем
победитель  возвращается  на  свой  цветок,  где уже боярышницу
сменила резвая, рыжая, изумрудно-перламутровая с исподу, аглая.
Все это были обыкновенные насекомые,  но  всякую  минуту  могло
перебить стук сердца появление чего-нибудь, давно мечтавшегося,
необычайного. Помню, как однажды я заметил на веточке у калитки
парка   имевшуюся   у  меня  только  в  купленных  экземплярах,
драгоценнейшую,  темно-коричневую,  украшенную  тонким,   белым
зигзагом  с изнанки, тэклу. Ее наблюдали в губернии лишь раз до
меня, и вообще это была прелестная редкость. Я  замер.  Ударить
по  ней мне было не с руки,-- она сидела у самого моего правого
плеча, и я с бесконечными  предосторожностями  стал  переводить
сачок за спиной из одной руки в другую; тэкла между тем ждала с
хитреньким выражением крыльев: они были плотно сжаты, и нижние,
снабженные  усикоподобными  хвостиками,  терлись  друг о дружку
дискообразным движением--быть может производя стрепет,  слишком

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.