Случайный афоризм
Только о великом стоит думать, только большие задания должен ставить себе писатель: ставить смело, не смущаясь своими личными малыми силами. Александр Александрович Блок
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

и досады. Общими усилиями мы  вытащили  мой  длинный  шерстяной
шарф,  который девица засунула в рукав его пальто. Шарф выходил
очень постепенно, это было какое-то разматывание  мумии,  и  мы
тихо  вращались  друг  вокруг  друга.  Закончив  эту египетскую
операцию, мы молча продолжали путь до угла, где  простились.  В
дальнейшем  мы встречались на людях довольно часто, и почему-то
завелся между нами какой-то удручающе-шутливый тон,-- и в общем
до искусства мы с ним  никогда  и  не  договорились,  а  теперь
поздно,  и герой выходит в очередной сад, и полыхают зарницы, а
потом он едет на станцию, и звезды  грозно  и  дивно  горят  на
гробовом  бархате,  и  чем-то  горьковатым  пахнет с полей, и в
бесконечно отзывчивом отдалении нашей  молодости  опевают  ночь
петухи.

     4

     В  продолжение  двадцати лет эмигрантской жизни в Европе я
посвящал чудовищное количество  времени  составлению  шахматных
задач.  Это сложное, восхитительное и никчемное искусство стоит
особняком: с  обыкновенной  игрой,  с  борьбой  на  доске,  оно
связано  только в том смысле, как скажем одинаковыми свойствами
шара пользуется и жонглер,  чтобы  выработать  в  воздухе  свой
хрупкий  художественный  космос,  и  теннисист, чтобы как можно
скорее и основательнее разгромить противника.  Характерно,  что
шахматные  игроки  -- равно простые любители и гроссмейстеры --
мало интересуются этими изящными и  причудливыми  головоломками
и, хотя чувствуют прелесть хитрой задачи, совершенно неспособны
задачу сочинить.
     Для   этого  сочинительства  нужен  не  только  изощренный
технический  опыт,  но  и  вдохновение,   и   вдохновение   это
принадлежит           к           какому-то           сборному,
музыкально-математически-поэтическому типу. Бывало,  в  течение
мирного  дня,  промеж  двух  пустых  дел, в кильватере случайно
проплывшей  мысли,  внезапно,  без  всякого  предупреждения,  я
чувствовал  приятное  содрогание в мозгу, где намечался зачаток
шахматной  композиции,  обещавшей  мне  ночь  труда  и  отрады.
Внезапный  проблеск  мог относиться, например, к новому способу
слить  в  стратегическую  схему  такую-то  засаду  с   такой-то
защитой:   или   же   перед   глазами   на   миг  появлялось  в
стилизованном, и потому  неполном,  виде,  расположение  фигур,
которое   должно   было   выразить  труднейшую  тему,  до  того
казавшуюся невоплотимой. Но чаще всего это было просто движение
в  тумане,  маневр  привидений,  быстрая  пантомима,  и  в  ней
участвовали  не  резные  фигуры,  а бесплотные силовые единицы,
которые, вибрируя, входили в оригинальные столкновения и союзы.
Ощущение было, повторяю, очень сладостное, и  единственное  мое
возражение  против  шахматных  композиций -- это то, что я ради
них загубил  столько  часов,  которые  тогда,  в  мои  наиболее
плодотворные, кипучие годы, я беспечно отнимал у писательства.
     Знатоки  различают  несколько  школ  задачного  искусства:
англо-американская сочетает чистоту конструкции с ослепительным
тематическим    вымыслом;     сказочным     чем-то     поражают
оригинально-уродливые  трехходовки  готической школы; неприятны
своей   пустотой   и   ложным   лоском   произведения   чешских
композиторов,  ограничивших  себя  искусственными  правилами; в
свое время Россия изобрела гениальные этюды, ныне  же  прилежно
занимается  механическим  нагромождением  серых  тем  в порядке
ударного перевыполнения бездарных заданий. Меня лично пленяли в
задачах миражи и обманы, доведенные до дьявольской тонкости, и,
хотя в вопросах конструкции  я  старался  по  мере  возможности

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.