Случайный афоризм
Нигде так сильно не ощущаешь тщетность людских надежд, как в публичной библиотеке. (Сэмюэл Джонсон)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Домик был удобный и почти без мебели. Гостиная и кухня, дальше две двери - в ванную и спальню; коврик ручной работы 
перед кирпичным камином - достаточно чиркнуть спичкой, и разгорится огонь, - полукруг из дивана и двух кресел.
     - Ты промок, - произнесла она заботливо, впервые внимательно взглянув на него. - Повесь куртку на крючок у двери и 
разожги огонь, я принесу выпить.
     Когда она вернулась с двумя чашками кофе с бренди, огонь уже горел, и Чейз устроился около него, грея руки.
     - Держи, - сказала она, протягивая кружку, и он встал.
     - Спасибо, - пробормотал он, следя взглядом, как она уселась в углу дивана, но сам не двинулся с места.
     Глотнув кофе в полной тишине, Таша подняла на него глаза.
     - Я слушаю, - сказала она и снова заметила напряжение на его лице.
     Чейз долго смотрел в свою кружку, затем тяжело вздохнул и начал:
     - В тот день в лесу, когда мы с тобой любили друг друга, ты спросила меня, жалею ли я о чем-нибудь, и я ответил, что да, о 
многом. Так оно и было, но только вовсе не о том, что произошло между нами. Я не мог жалеть об этом, - произнес он 
натянуто. - Когда я понял, что ты подумала, я пытался объяснить, но ты не стала меня слушать. Ты побежала, и когда я увидел 
куда, то позабыл обо всех объяснениях. Кровь застыла в жилах. Я впервые так испугался. - Он поежился и провел рукой по щеке. 
- Потом это страшное падение... Я чуть не сошел с ума. Однако ты молодец - так хорошо держалась... Я не хотел оставлять тебя 
одну, но был вынужден.., а потом ты сказала, что веришь мне... - Глаза его метались. - Только тогда я понял, что натворил, как 
виноват перед тобой.
     Таша хмуро пила кофе. Он и раньше говорил это, но ведь все не так. Он ни в чем не виноват перед ней. Это она лгала и 
обманывала.
     - Ты не должен так говорить. Ты знаешь, что это вовсе не так, - сказала она, и ее голос впервые дрогнул.
     Чейз заметил и в душе обрадовался первому, пусть робкому, проявлению какой-то реакции. Тяжело дыша, он покачал 
головой.
     - Господи, помоги мне, это правда. Я виноват в том, что прислушивался к своей дурацкой гордости вместо того, чтобы 
прислушаться к сердцу.
     Таша подняла голову, изучая его. Ее уверенность дала трещину. О чем это он?
     - Я не понимаю, - произнесла она озадаченно.
     Чейз вздохнул.
     - Когда я узнал, как ты обманула меня, я разозлился.
     При одном только упоминании об этой сцене печаль болезненной волной прокатилась сквозь нее, до предела натянув нервы. 
Она вздрогнула. Это был самый страшный день ее жизни.
     - Ты был в бешенстве, - согласилась она слабым голосом и попыталась отмахнуться от ужасных воспоминаний, но они 
упорно стояли перед глазами. Притупившиеся было эмоции вдруг стали остры как лезвие ножа: чувства вернулись к ней. Она 
хотела умолять Чейза прекратить, не заставлять ее снова пережить это. Слишком было больно. Но слова будто застряли в горле.
     Следя за ее лицом, Чейз поморщился и возненавидел себя за то, что так мучает ее.
     - Сейчас я хорошо представляю себе, что ты тогда почувствовала. В тот момент я знал только одно: женщина, которой я так 
доверял, оказалась лгуньей.
     У Таши перехватило дыхание, дрожь будто ушла в глубину ее существа, разрывая ее изнутри. Она поставила едва тронутую 
чашку кофе и, защищаясь, скрестила руки.
     - Я хотела сразу же рассказать тебе все, но боялась, - еле слышно прошептала она сквозь стон Чейз понял ее и кивнул.
     - И я доказал, что ты не зря боялась, ведь так? - произнес он с отвращением к себе.
     Дрожь нарастала в ней, и ей потребовалось напрячь все силы, чтобы скрыть свое состояние.
     - Ты вправе был злиться.
     - А ты вправе была ожидать, что я захочу выслушать твои объяснения и пойму их. Это же сущий пустяк! Ведь я никогда, ни 
на одну секунду не переставал любить тебя, - сказал он, и Таша закрыла глаза. - Я люблю тебя, Таша.
     Это признание уничтожило остатки защитного кокона, в который она заключила себя, распахнуло дверцу в глубину ее 
сердца и выпустило наружу запертую там боль. И те чувства, которые она подавляла в себе, вернулись - она помнила все.
     - Но ты ведь не хочешь любить меня, да? - выдавила она через силу, в горле комом стояли сдерживаемые слезы.
     Белый как смерть, Чейз поставил кружку на каминную полку и опустился возле нее на колени.
     - Посмотри на меня, Таша, - попросил он хрипло, и она подняла голову.
     - Только не лги мне! - крикнула она, и его губы сжались с горечью.
     - Солнышко, я и не собираюсь. И надеюсь, что ты поверишь мне. Я всегда любил тебя. Я люблю тебя. Просто не хотел, чтобы 
ты узнала это, - признался он.
     Таша смотрела ему в глаза, ища подтверждения этим словам, и прочла его в самоуничижении, которое ни с чем не 
спутаешь. Она вздрогнула, когда поняла это. Он всегда ее любил. Просто не хотел, чтобы она знала!
     Приступ слепого гнева охватил ее, и она чуть было не ударила его.
     - Черт тебя побери, зачем?! Чейз нахмурился от этого взрыва злости, но принял его как должное.
     - Чтобы наказать тебя. Но, Бог свидетель, я не понимал, что делаю, пока не столкнулся лицом к лицу с вероятностью потерять 
тебя. Когда я сидел возле тебя в больнице, то взглянул как бы со стороны на все, что натворил, и ужаснулся.
     Грудь ее готова была разорваться от скопившихся там боли и злости.
     - И что же ты увидел, Чейз? - бросила она вызывающе.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.