Случайный афоризм
Признак строгого и сжатого стиля состоит в том, чтовы не можете выбросить ничего из произведения без вреда для него. Бенджамин Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Садись, Таша, - приказал он, не сводя с нее глаз и убеждаясь в правоте брата. - Я налью тебе чаю. Хочешь поесть?
     От заботы внутри у нее потеплело, и она расслабленно улыбнулась.
     - Не откажусь от гренок, - ответила она и села на поспешно придвинутый Званом стул.
     - Сейчас попрошу Моди пожарить. - Чейз пододвинул ей чай и исчез в кухне в поисках домработницы.
     - Он что, совсем беспомощный? - удивился Зван. - Даже не верится, что имеет какое-то отношение к твоей беременности, - 
добавил он и налил себе чаю.
     Хорошо хоть, что у самого Чейза нет сомнений в своем отцовстве. Иначе она и представить бы себе не могла, что стала бы 
делать.
     - Он зол на себя за то, что не подумал обо мне, - объяснила она Эвану. Да, он может злиться на нее как угодно, но не 
способен забыть о трудностях ее состояния. Хотя вряд ли замечает столь явное противоречие. Однако только оно укрепляло ее 
надежду.
     Эван отклонился назад, разглядывая ее.
     - Знаешь, беременность тебе идет - плохое самочувствие не в счет. Ты просто расцветаешь.
     Таша рассмеялась, проведя рукой по еще плоскому животу.
     - Думаю, рановато, - протянула она.
     - Что рановато? - спросил Чейз, появляясь с гренками в руках. Он взял стул и пристроился рядом.
     - Таше не кажется, что она расцветает. Но в ней появилось что-то необычное... Знаешь, как в Али. - Он вспомнил о сестре, со 
дня на день ожидавшей рождения ребенка. - Как думаешь, Чейз? - Эван обратился к брату за поддержкой.
     Таша затаила дыхание, ожидая его ответа. Что он скажет? Будет честен или солжет? И заметит ли она разницу?
     Чейз выдержал паузу и медленно перевел взгляд с брата на Ташу.
     - Я думаю, она стала еще красивее, чем прежде, - заявил он с некоторой неловкостью, а она не сводила с него робкого 
взгляда.
     - Ты правда так думаешь? - Ее сердце выпрыгивало из груди.
     - Не имею обыкновения лгать тебе, Таша, - произнес он спокойно и мгновенно лишил ее радости.
     Она побледнела. Одной рукой дарит, а другой отнимает! Как можно так вести себя!
     Таша неуклюже вскочила.
     - Простите, - пробормотала она, стараясь сдержать поток слез, и кинулась прочь из комнаты.
     Чейз догнал ее в коридоре и схватил за руку.
     - Подожди. Черт возьми, стой! - Он не дал ей высвободиться. - Извини. Я вовсе не это имел в виду, - сказал он, и Таша 
обратила к нему полный боли взгляд.
     - А есть что-то другое? Он вздохнул и отпустил ее.
     - Я только хотел сказать, что говорю правду. И ни на что не намекал.
     Таша, защищаясь, прижала руки к груди.
     - Потому лишь, что не подумал об этом! - ответила она резко. Чейз сжал зубы.
     - Черт возьми! Я хотел попросить прощения!
     - И твои извинения все изменят? - Она бросила ему его же слова, и он, поняв это, покачал головой.
     - Это разные вещи. Я не хотел обидеть тебя. Ее глаза были полны слез.
     - А я не хотела обидеть тебя. Но ты же мне не веришь, так почему я должна верить тебе?
     Чейз смотрел на нее несколько секунд, потом повернулся и ушел в столовую. Таша запрокинула голову, стараясь сдержать 
непослушные слезы. Она не хотела плакать, сердиться - да, но не плакать, и злилась за эти всплески эмоций. Она собралась с 
силами и для успокоения побродила по дому и внутреннему дворику - в нем уже не осталось никаких следов недавней 
вечеринки. Наконец устало опустилась в кресло.
     Буквально как по мановению волшебной палочки перед ней на стол опустилась тарелка с гренками и чашка недопитого чая. 
Чейз...
     - Доешь, - приказал он, возвращая ее к реальности.
     - Не хочу, - отказалась она сухо. Его лицо стало еще более сердитым.
     - Ешь! Ради себя и ребенка. Не зли меня. Он был прав, и Таша знала это. Ей нельзя слабеть и тем более причинять вред 
ребенку. Она неохотно взяла гренку и откусила кусочек. Какое-то время последив за ней, Чейз прислонился к ограде и перестал 
обращать на нее внимание, разглядывая открывающиеся просторы.
     «Он сейчас похож на сторожевого пса», - отметила Таша про себя, поняв, что он не уйдет, пока не убедится, что ее тарелка 
пуста. Еле слышно вздохнув, она расслабилась.
     - Очень тихо. Где все? - спросила она немного погодя.
     Чейз обернулся, довольный тем, что гренки уменьшаются в количестве.
     - Маме позвонили утром, - пояснил он, и у Таши округлились глаза.
     - У Али родился ребенок?
     - Мальчик, - подтвердил Чейз и взглянул на часы. - Мама с папой уехали утром и скоро должны быть на месте.
     - Бабушка в восторге? - шутливо спросила она, и Чейз улыбнулся:
     - В полном.
     Они понимающе переглянулись.
     - Бедняга Джон, - усмехнулась она, а серые глаза Чейза заплясали от смеха.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.