Случайный афоризм
Читатели любят лучших авторов, писатели – только мертвых. Гарун Агацарский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

очень жаль, что я вообще послушалась профессора ван дер Кеттенера.
- Я так и знала, что вы это скажете, - ответила Фрэнни, не очень расстроенная потерей 
работы. Главное, она выложила все, что скопилось на душе. Они живут в свободной стране, где 
каждый имеет право на собственное мнение. Фрэнни начала собирать свои вещи с письменного 
стола, за которым подписывала карточки для рождественского ужина. - Я проработала два с 
половиной дня... - Она принялась что-то рассчитывать и записывать на обратной стороне конверта. - 
Это значит, вы мне должны...
Леди Трампер фыркнула:
- Вы не получите ни пенни.
- Тогда мне придется подать на вас в суд, - объявила Фрэнни.
Леди Трампер уставилась на нее. Потом сказала:
- Возьмите все вам причитающееся из стола.
Поблагодарив ее, Фрэнни отсчитала нужную сумму и продемонстрировала ее леди Трампер.
- Надеюсь, вы найдете помощницу, которая придется вам по душе, - сказала она. - И желаю вам 
счастливого Рождества, леди Трампер.
Она тихо закрыла за собой дверь, спустилась на кухню, попрощалась с изумленной прислугой и вышла на 
улицу.
Сообщать тете и брату об увольнении необходимости не было - у нее есть право на выходные, а 
после Рождества она найдет себе новую работу. Скорее всего, ночную, решила она, стоя в автобусе, 
зажатая между двумя мужчинами, уткнувшимися в газеты.
- Одна дверь закрывается - другая открывается. - Эту мысль Фрэнни нечаянно высказала вслух, и ее 
соседи, оторвавшись от своих газет, удивленно воззрились на нее.
Выходя из автобуса, она пожелала кондуктору счастливого Рождества и зашагала в 
направлении Фиш-стрит. До супермаркета она успеет выпить чаю и съесть тост без масла, сидя у 
камина, а потом приготовит бифштекс и бобовый пудинг, вкусный и сытный.
Фрэнни прошла мимо магазина, где продавались рыба и картошка, и вспомнила о 
профессоре. Сейчас он, наверное, уже
сидит в кругу своей семьи. В зале стоит елка, его жена нарядно одета, а дети... если он женат, должны же быть 
дети... а может
быть, у него есть невеста... Неважно, главное, всех их ждет великолепно накрытый праздничный стол...
Именно так и было. Вся родня профессора собралась, как обычно перед Рождеством, и сам он 
восседал во главе большого стола красного дерева в окружении своих трех сестер с мужьями, брата 
с женой и целой оравой племянников. Он сидел, слушая мерный гул разговоров и время от времени 
вставляя словечко, но его мысли были заняты Фрэнни.
Он понимал, что сейчас не время и не место для мыслей о ней, но Фрэнни прочно поселилась 
в его голове. Он считал, что все дело в жалости. Профессор и впрямь жалел ее, но еще больше 
восхищался стойкостью, с какой девушка переносила невзгоды, не теряя любви к жизни. Несмотря 
на ловко переданную корзину с угощением, навряд ли Рождество принесет ей много радости.
Он обвел взглядом комнату и невольно подумал, что эта обстановка показалась бы 
Фрэнни роскошной. Просторный зал с высоким потолком и деревянной обшивкой. В одном 
конце - камин, три высоких окна с бордовыми бархатными портьерами выходят на улицу. В 
центре зала - огромный стол, сверкающий серебряными приборами. Полированный паркет 
покрыт толстым абиссинским ковром под цвет портьер.
Стол блестел серебром, хрусталем и японским фарфором, в центре стоял большой венок из 
остролиста и роскошные букеты из роз, гиацинтов, лилий и нарциссов. Огромная люстра, 
подвешенная на тяжелых цепях, лила свой уютный свет на сотрапезников, их было семнадцать, 
включая детей, - малыши сидели на подушках, те, кто постарше - на высоких стульях. Это был 
традиционный ужин, на который каждый год собиралась вся семья.
Завтра, на Рождество, после посещения церкви все встретятся и за общим ланчем, остаток дня 
будет посвящен детям, которых ждут рождественские подарки, спрятанные под елкой, а вечером, 
когда дети лягут спать, взрослые сядут за праздничный ужин.
Младшая сестра, Сатске, прервала ход его мыслей.
- Марк, как ты думаешь, на следующий год за этим столом появится наконец твоя жена? - 
полушутя спросила она. Она была любимицей профессора и могла безнаказанно совать нос в его 
жизнь.
Он весело ответил:
- Пока что жениться я не собираюсь, но, как уверяла меня регистраторша из больницы Святого 
Жиля, любовь набрасывается на людей внезапно. А уж ей ли не знать об этом: она только что вступила 
в брак и всем желает того же. - Он рассмеялся. - Так что ждите, может быть, я всех вас удивлю.
Эта тема вызвала много добродушных шуток, но наконец ему удалось перевести разговор в 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.