Случайный афоризм
Высшее торжество для писателя заключается в том, чтобы заставить мыслить тех, кто способен мыслить. Эжен Делакруа
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Мой резервуар приподымается и расширяется, вбирает воздух, как легкое. Предчувствия без 
образов, ослепительные молнии пронзают меня, изменяют, преображают. Я становлюсь пустой полостью и 
погружаюсь все глубже и дальше внутрь. Прежнее убогое сознание навсегда растворилось в моем 
обласканном животе.
Кто я? Мой пенис превратился в грудь? А я сам всем моим существом стал ртом, который 
заполняет другой рот? Помню ли я еще, после какого поцелуя я пристрастился к самому себе?
Эти флюиды, эти родинки лимфы, эти живые ростки, эти цветы и аромат, что оживляют своей 
божественной силой тысячи органов, участие которых в сотворении чуда мне было даже известно, - неужели 
нужно было отказаться от всего этого счастья только потому, что я не нахожу слов, какими назвать его? Да и 
правда ли, что я не знаю? Может, просто не осмеливаюсь подумать над этим названием? Какой страх 
сдерживает меня? Неужели древний стыд и тщеславие амбиций лишат меня этих наслаждений? И я снова с 
усмешкой замкнусь в рамках принятых норм - именно тогда, когда открылась их несостоятельность?
Почему я должен по-прежнему молчать об этом? Понимаю, и вздох, вырывающийся из моей 
груди - это вздох моей освобожденной радости. Я открыл забытую дорогу, которая ведет к 
таинственному единению полов. Мириады непредвиденных отклонений, неравенство и 
безнадежные лишения уничтожаются в этот момент во мне. Возбуждение, расцвеченное звездами, 
которые неустанно побуждают меня восторгаться моим новым озарением, кладет конец 
несправедливому размешиванию и потерянному блужданию в моей бесчувственной ипостаси 
мужчины. Это триумф! Я завоевал золотой берег одинокой женской привилегии. И хочу отдаться 
восторгу моего неслыханного кощунства!..
Такой мучительной ценой мне досталась победа, что я чувствую ее, как рану. Нестерпимые зубы! 
Слезы, что струятся из моих открытых глаз, смешиваются во рту со вкусом крови, сочащейся из укуса. Мое 
сознание взрывается и мой живот рвется: влюбленные собачки, которые преображают мой вкус, ампутируют, 
кастрируют меня. Я погиб!
...Наступает день. Свежий, пьянящий воздух проникает через открытые окна. Стеклянный 
единорог надо мной в сиянии дня становится невидимым. Внизу живота ощущаю новое кровоточащее 
образование, которое руки мои спешат привести в порядок. А единорог из живой плоти самоуверенно 
улыбается, устремляясь навстречу новым сладостным приключениям.
СЧАСТЛИВАЯ АРАВИЯ
Девушка боролась с напавшей на нее сонливостью. Была ли она вызвана усталостью после 
длительного путешествия под палящим солнцем? Или же а нее так действовал кофе с зернами 
кардамона, который ей только что предложил директор музея после того, как пригласил её в пещеру, 
служившую ему рабочим кабинетом?
<Он хочет усыпить меня, чтобы изнасиловать, - подумала Миллисент. - И это вполне понятно>.
И она бросила на своего собеседника веселый взгляд, который так хорошо сочетался с ее прямыми 
длинными и светлыми ангельскими волосами, с ее влажными розоватыми губами и голыми руками. Потом 
она приникла к подушке из козьей шерсти, служившей спинкой, опустила веки и заснула. Ее тело легко 
скользнуло вниз, и юбка еще больше подобралась от этого движения.
Иорданец продолжал неподвижно сидеть с невозмутимым лицом, глаза его уставились в светлый 
треугольник, кучерявые волосики которого вздыбились под прозрачными трусиками. Так прошло какое-то 
время; казалось, иорданец тоже заснул. Но нет. Он встал, не спеша приблизился к ней, просунул одну руку 
ей под колени, другую - под спину, резко выпрямился и направился в глубь пещеры, держа ее на руках.
Луч света разбудил Миллисент, упав ей прямо между грудей.
<Утро>, - подумала девушка, созерцая с удовольствием, как и каждый день в этот час, свое 
обнаженное тело.
Однако на этот раз ее взгляд едва задержался на выступающих грудях и впалом животе; ликование, 
которое, как всегда, появилось на лице при виде этого незатейливого зрелища, почти сразу же сменилось 
изумлением, которое вызвала в ней окружающая ее обстановка: широкая и длинная кровать.
Комната была огромных размеров. Миллисент не увидела сразу потолка, скрытого 
балдахином кровати, но заметила высокие окна в форме подковы с многоцветными стеклами> 
украшенные ромбовидными панелями, которые, казалось, инкрустированы стеклом и фарфором, 
пестрыми коврами, ларцы из бронзы и дерева, круглые подушки из грубой кожи, верблюжьи седла, 
обитые бараньими шкурами, которые служили сиденьями, и она поняла, что находится в каком-то 
дворце.
Ситуация ей понравилась. Она встала с кровати, чтобы более тщательно исследовать комнату. 
Миллисент направилась сначала к одному из окон, намереваясь глотнуть воздуха, так как в комнате было 
очень душно. Но ручка не поддавалась, так же как не поддавались ручки и на других окнах: несомненно, они 
нуждались в том, чтобы их смазали.
Тогда Девушка попыталась открыть одну дверь, но и в этом случае ее попытка не увенчалась успехом. 
Итак, она была пленницей.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.