╤ыєўрщэ√щ рЇюЁшчь
╫Єюс√ фютхёЄш яюёх∙хэшх сшсышюЄхъ фю эхтхЁю Єэ√ї яюърчрЄхыхщ, эрфю яхЁхэхёЄш Єєфр ё яЁшыртъют тёх ёрь√х яюфы√х ш уыєя√х ъэшуш. (┼ыхэр ┼Ёьюыютр)
 
эютюёЄш
яюшёъ яю ртЄюЁє
яюшёъ яю ЄхьрЄшъх
яюшёъ яю ъы■ўхтюьє ёыютє
яЁюср яхЁр
¤эЎшъыюяхфш  ртЄюЁют
ёыютрЁ№ ЄхЁьшэют
яЁюуЁрьь√
эрўшэр■∙шь ртЄюЁрь
тр°р яюью∙№
ю яЁюхъЄх
╩эшцэ√щ ьрурчшэ
├ыртэр  тшЄЁшэр
╩эшуш ъюья№■ЄхЁэ√х
╩эшуш яю яёшїюыюушш
╩эшуш ёхЁшш "─ы  ўрщэшъют"
╩эшуш яю ышэутшёЄшъх
╫└┬ю
╨рчэ√х ╤ЄрЄ№ш
╤ЄрЄ№ш яю ышЄхЁрЄєЁх

╘юЁьр яюы№чютрЄхы 
╦юушэ:
╧рЁюы№:
ЁхушёЄЁрЎш 
 фхЄхъЄшт



 фЁрььр



 цштюЄэ√х



 шёЄюЁш 



 ъюья№■ЄхЁэр  фюъєьхэЄрЎш 



 ьхфшЎшэр



 эрєўэю-яюяєы Ёэр 



 юўхЁхфэр  шёЄюЁш 



 юўхЁъ



 яютхёЄ№



 яюышЄшър



 яю¤чш  ш ышЁшър



 яЁшъы■ўхэш 



 яёшїюыюуш 



 Ёхышуш 



 ёЄєфхэЄє



 Єхїэшўхёъшх ЁєъютюфёЄтр



 ЇрэЄрёЄшър



 ЇшыюёюЇш  ш ьшёЄшър



 їєфюцхёЄтхээр  ышЄхЁрЄєЁр



 ¤эЎшъыюяхфшш, ёыютрЁш



 ¤ЁюЄшър, ы■сютэ√х Ёюьрэ√



▌ЄюЄ фхэ№ т шёЄюЁшш
┬ 1621 уюфє Ёюфшыё (-ырё№) ╞рэ ╦рЇюэЄхэ


т шчсЁрээюхъюэЄръЄ√

╧рЁрьхЄЁ√ ЄхъёЄр
╪ЁшЇЄ:
╨рчьхЁ °ЁшЇЄр: ┬√ёюЄр ёЄЁюъш:
╓тхЄ °ЁшЇЄр:
╓тхЄ Їюэр:

     - Я вам принесу одеял, - пообещал Шерман и они вышли. Стена вернулась на свое место. - Что ж ты растерялся-то, дубина? - 
набросился он на Фили, когда удостоверился, что Николь их не услышит. - То же мне...
     - Не расстраивайся, - уверенно сказал Фили. - Главное - вернуть деньги. А остальное никуда не денется. - Они подошли к 
велосипеду Фили. - Спасибо за помощь.
     - Какие еще благодарности - мы же друзья! - удивился Шерман.
     - Ну, до завтра. Нам предстоит трудный день.
     - Справимся! - самоуверенно заявил толстяк.

ДЕНЬ СЕДЬМОЙ

     - Доброе утро, Лестер, - сказал Фили входя в кухню, хотя был уже полдень.
     Лестер засовывал хлеб в тостер. В автоматической кофеварке закипала вода. Лестер обернулся, лицо его исказилось в 
дурацкой сатанинской улыбке, но страха у Фили эта гримаса отнюдь не вызвала.
     - Доброе утро, - ответил шофер, стараясь говорить по-отечески дружелюбно, но как отметил Фили, у него это плохо 
получалось. - Кофе пить будешь?
     - Да. Спасибо, Лестер, - кивнул Фили и примостился рядышком за рабочим столом.
     Лестер налил кофе в узкие высокие чашечки, выложил дымящиеся тосты на тарелку. - Сегодня возвращается твой отец, Фили. 
Ты готов?
     - К чему? - деланно удивился Фили, уставившись на Лестера ясными глазами. Лестер насыпал три ложки сахара в свой кофе 
и, помешивая, нагло сказал:
     - К его приезду...
     Фили призадумался как бы ему ответить так, чтобы озадачить Лестера как следует, но и в то же время не дать ему 
насторожиться.
     Снизу послышался протяжный, самоуверенный звонок в парадную дверь. Звонивший явно не хотел ждать и не отпускал 
кнопку.
     - Кого еще черти несут? - поморщился Лестер.
     Фили знал кого. Но не стал афишировать перед Лестером свою осведомленность.
     Он встал сегодня предельно рано, но борьба с сладким утренним сном закончилась быстро - не время спать.
     Войдя в тайное убежище Николь, Фили залюбовался спящей женщиной. Дыхание ее было ровным и спокойным. Вдруг 
ресницы ее задрожали в лучах утреннего солнца и она открыла глаза. Увидев Фили, она радостно улыбнулась.
     Поистине она достойна любви.
     Когда они втроем подошли к небольшому чистому дому мистера Трэвиса с красной черепичной крышей, утопающему в 
зелени, инструктор по теннису делал во дворе зарядку. Увидев своих подопечных, он несколько удивился, но встретил их 
радушно, пригласив в дом. Как по мановению волшебной палочке на столе в гостиной, покрытом белой накрахмаленной 
скатертью оказались чашки с чаем и тарелка с бисквитами. Пожилая мать мистера Трэвиса хлопотала так, будто пожаловали 
особо дорогие гости.
     - Я слушаю вас, - сказал мистер Трэвис, когда все уселись, и его мать удалилась по своим делам.
     Он прекрасно понимал, что друзья заявились к нему не из праздного безделия. Но все его внимание приковала к себе Николь 
в своем изысканном вечернем платье (правда, неподкрашенная, но это отнюдь не портило ее). И Трэвис обратился именно к 
ней, что несколько задело самолюбие Шермана.
     - Мы хотим попросить вас об услуге, - мягко улыбнувшись сказала Николь и сделала глоток из изящной фарфоровой 
чашечки.
     - Все, что угодно, мисс... - мистер Трэвис был сама услужливость.
     - Мисс Меллоу. Зовите меня просто Николь, мистер Трэвис.
     - Хорошо, Николь, - улыбнулся простовато-бесхитростно Трэвис и пододвинул ей бисквиты. - Так в чем дело?
     Фили подумал про себя: а посещала ли вообще когда-нибудь молодая женщина это холостяцкое жилище?
     - Нас шантажируют, - произнесла Николь и поставила чашку на стол, - требуют десять тысяч долларов.
     - Вы в полицию обращались?
     - Мы не можем обратиться в полицию, - вздохнула Николь и вопросительно посмотрела на Фили.
     Тот кивнул - раз уж пришли, то придется все рассказать.
     Николь в общих чертах обрисовала учителю ситуацию и закончила словами:
     - Мистер Трэвис, может быть вы нам поможете?
     - Вам нужен полицейский, - сказал он, - а не инструктор по теннису.
     - Вот именно, - улыбнулась Николь, делая знак Шерману, чтобы не встревал. -Вы нам нужны, а не настоящий полицейский.
     - Вы хотите, чтобы я изобразил полицейского? - поразился тот.
     - Да. Вы должны запугать его. Лестера легко запугать. Вам просто нужно себя вести как полицейский.
     - Я не умею так себя вести, - честно признался мистер Трэвис.
     "Кто не умеет?! - мысленно возмутился Шерман, протягивая руку за третьим куском бисквита. - Это он-то не умеет? А кто 
нас гонял, как заправский инквизитор? Теперь овечкой перед ней прикидываться будет - вон как у него от ее вида глаза блестят". 
В гостиной мистера Трэвиса не было зеркал, а то бы Шерман мог удостовериться, что его собственные глаза при взгляде на 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 :
уыртэр  эртхЁї

(c) 2008 ┴юы№°р  ╬фхёёър  ┴шсышюЄхър.