Случайный афоризм
После каждого "последнего крика" литературы я обычно ожидаю ее последнего вздоха. Станислав Ежи Лец
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

произошло странное - он поцеловал меня. Я не так уж много выпила в тот вечер, но так голова у 
меня еще никогда не кружилась. Конечно, все это можно было предвидеть, и ничего 
сверхъестественного в этом не было, но я уже давно разучилась думать. Мое сознание было занято 
чувствами, которые я даже была не в состоянии определить по причине отсутствия хоть какой-
нибудь мозговой деятельности. В совершенно невменяемом состоянии я, наконец, вошла в квартиру 
и тут же натолкнулась на маму. -У тебя вообще голова есть? Почему ты не подходишь к трубке? - 
она изо всех сил пыталась изобразить строгость, но в ее глазах я ясно видела изумление.
- Я не слышала, наверное. Мы же были в гостях, - не хотя оправдывалась я. Надо же! Именно 
сейчас, когда мне нужно остаться одной, когда мне так хорошо и так странно, меня начинают дергать 
глупыми вопросами.
- Катя! Я что-то не очень понимаю твое поведение, - меня, видимо решили не оставлять в 
покое. - То тебя из дома не выгонишь, то тебя вообще никогда нет. Целыми днями названивает 
Миша. Что я, по-твоему, должна ему говорить?
- Как что? - искренно удивилась я. - Правду! А почему ты собственно должна перед ним 
отчитываться?
- Ты не слишком много на себя берешь? - перебила меня мама. - Очень скоро ему это надоест. И звонить 
начнешь уже ты.
- Мама! - ее слова резали мне слух. Ну надо же нести такую чушь! Да еще так не кстати . - Я же говорила, 
что мне почти безразлично, звонит он или не звонит. Между нами ничего не было, нет, и уже не будет!
- Вот как? - ее глаза уже переполнились удивлением, но вдруг она изменилась в лице. -А почему ты так 
поздно?
- Я же говорила, что Боренька везет меня в гости, - я чувствовала, что вот-вот взорвусь.
- Ах, Боренька! Очень мило, - мама явно задумалась. - Я почти уверена, что мысли ее были 
настроены против Бори, но она ни за что бы не призналась. После смерти Гриши, моего брата, она 
всегда разговаривала со мной с опаской, пряча глаза и осекаясь на полуслове. Мне оставалось только 
догадываться об ее истинном отношении к тем или иным вещам, но, признаться, я не очень то 
утруждалась. Меня не трогала, не лезли ко мне в душу, и это было главным для меня. Я дрожала над 
своим заполученным уединением и боялась утратить его, зайдя на чужую территорию. И конечно же в 
ту ночь я ни на секундочку не задумалась над тем, как выглядят со стороны столь разительные 
перемены в моей жизни. Это было мне неинтересно, неважно.
Время то летело с невероятной скоростью, то как будто стояло на месте. Казалось, прошла целая 
вечность с тех пор, как от меня ускользнул горячий июль, и вот я уже неслась куда-то, пытаясь 
ухватиться за грустнеющий август. Боренька заезжал за мной на работу все раньше и раньше, и я 
радовалась, что предусмотрительно не подписала трудовой договор, и единственное, что грозило мне за 
мою непростительную халатность были косые взгляды начальства и обиженно поджатые губы Тани. В 
ту пятницу Таня взяла отгул - ее крестнику исполнялось два года, директора еще в четверг с жаром 
принялись отмечать конец недели, и я без зазрения совести села в Боренькину машину уже в начале 
четвертого.
- Куда мы отправимся сегодня? - весело спросил Боря. Он все еще надеялся услышать от меня 
хоть сколько-нибудь внятное предложение.
- Как скажешь! Кто у нас главный? - уже по привычке ответила я. Боренька задумался, дав мне 
возможность на несколько минут зависнуть на кончике собственного воображения.
- Ну что ты все смеешься? Надо мной? -  он вывел меня из оцепенения.
- Нет! Что ты! - я не могла справиться со своей полоумной улыбкой, которая то и дело вылезала 
на мое лицо.
- Катя! - Боря завел машину. - А тебе вообще интересно со мной?
Я оторопела. Я была готова к чему угодно, только не к таким вопросам. Он что, не знает, кто он такой? 
Двадцать четыре года подряд, день изо дня, он просыпается, видит себя в зеркале, ни на секундочку не 
расстается с собой... И после всего этого он может задавать такие вопросы?
- Боренька! Ну, наверное, если я еду в твоей машине, сижу здесь рядом с тобой, это значит, что мне 
скучно, тоскливо, и ты меня утомил. -Ну, может быть, тебе просто неудобно послать меня подальше, - 
смутился Боря.
- Если ты будешь спрашивать меня о таких очевидных вещах, то наверняка и вправду мне надоешь. Мне 
уже самой
захотелось поинтересоваться, не надоела ли я тебе, - борясь с приступом идиотского смеха, говорила я. В ответ 
Боря наклонился
надо мной и поцеловал. Я выпила уже целую банку джина с тоником, но только теперь почувствовала, как я 
захмелела. И только
где-то в уголке сознания стучало, что мы вообще-то на шоссе, стоим на светофоре, и все это, как минимум, 
глупо.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.