Случайный афоризм
Почему поэты так часто воспевали луну? Не потому ли, что она озаряет жизнь мечтателей и влюбленных? Мигель де Унамуно
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1877 году родился(-лась) Герман Гессе


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

- Тебе не надо было вести машину в таком состоянии, - заметила я.
- Почему нет, дорогая?
- Ты слишком устал.
- Ничуть. И вообще - что ты знаешь об усталости?
- Тебе налить чаю?
- Нет. Лучше содовой. Виски я достану сам. Ну что, Хелен, у тебя был хороший день?
- Да, прекрасный.
- Слава богу, что Джон поправился. Я привез ему новую книгу о рыбной ловле. Она в машине.
- Принести?
- Нет, подожди. - Он отпил виски. - Мы с тобой давным-давно не разговаривали, Хелен. Ты любишь 
лето? Я имею в виду понастоящему? Ты получаешь от него удовольствие?
- А разве может быть по-другому?
- По-другому, - повторил отец. - Да, когда молод и беззаботен, как ты, по-другому и быть не может. - Он 
откинулся в кресле. - Эх, мне бы твои годы! Никаких проблем, даже думать не о чем, только о том, как развлечь 
себя.
- Точно.
Он снова выпил.
- И все же бывают дни, Хелен, когда не мешает посоветоваться со своим старым отцом, правда?
- Ну, наверное.
- А потому знай - ты всегда можешь придти ко мне. Всегда. На самом деле я не так стар, как тебе кажется.
- Да, я знаю.
- И не забивай голову вчерашней ссорой. В любом браке бывают моменты, о которых потом 
жалеешь. Ты ведь уже взрослая, чтобы это понять? Нам с мамой хорошо вместе. Остальное ничего не 
значит. Ни-че-го.
- Боюсь, Верти завтра уедет, - бросила я вскользь.
- Да? Почему? Ей здесь не нравится?
- Нравится, но ей что-то нужно сделать в городе, да и каникулы почти кончились.
- Да, мы тоже вернемся, нам придется вернуться.
- Налить еще содовой? - в отчаянии спросила я, заметив, что он говорит с большим трудом и 
запинаясь.
- Спасибо, малыш, не надо. Пора спать. Ты не знаешь, где мама держит снотворное?
- На туалетном столике. Только не пей его сегодня.
- Нет, выпью, тогда я проснусь позже... Отец ушел в спальню, и я услышала, как он сбросил 
туфли. Я вымыла стакан, из которого он пил, поставила его на место, а потом принялась ходить туда-
сюда по комнате. Спать не хотелось - было очень душно, и вскоре по стеклам застучали первые капли 
дождя.
Занятия в школе начинались в середине августа, и мы вернулись в город за пару дней до этого. Лето 
осталось позади, но все еще было очень тепло. Все время жарило солнце, листья в саду пожелтели, а прудик 
почти высох.
После нескольких недель, проведенных на море, моя спальня казалась меньше, но все остальное было 
таким же, как раньше.
Я долго рассматривала себя в большом зеркале. Ничего не изменилось, даже в уголках рта или глаз не 
появилось никаких морщинок. Это было молоденькое загорелое личико с довольно-таки красным 
обгорелым носом. Тело тоже ничего не показывало. Ничего. Я легла на кровать и уставилась в 
потолок. Сколько уже дней кряду я чувствовала себя умирающей? Неделю, не больше. Неужели это 
навсегда? Мне надо было выплакаться. Я лежала и ждала, прислушиваясь, как в отдалении стучит 
мячом Джон. И наконец через час в груди что-то екнуло, а потом вдруг я зарыдала. Рыдать, упиваясь 
своим унижением, было довольно приятно. Жалеешь себя, распаляешься, снова жалеешь, пока не 
успокоишься, обновленная, как после долгого крепкого сна.
Когда я встала и умылась, я ощущала только освобождение и облегчение. Все кончилось. Кстати, 
сцена с Верти не была даже настоящей сценой. Когда она в ту ночь пришла домой, я дожидалась ее, сидя 
целиком одетой на своей кровати. Когда она появилась, я попросила ее закрыть за собой дверь, сказала, что 
видела ее днем с Френсисом. Она окаменела, а потом спросила:
- Ты сердишься, да? Но это же ничего не значит - маленькое развлечение. Мы немножко повеселилась, 
вот и все.
- Я не сержусь, - ответила я. - У меня нет права ни на твою жизнь, ни на жизнь Френсиса.
- Нет, - согласилась она с облегчением. - Как мило с твоей стороны воспринимать все именно так, а я, 
наверное, поступила не очень честно. Прости, Хелен, я виновата.
- Не стоит, - отозвалась я, забирая постельное белье. - Сегодня я буду спать на веранде. Кстати, я уже 
сказала папе, что ты завтра уезжаешь.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.