Случайный афоризм
Стихи никогда не доказывали ничего другого, кроме большего или меньшего таланта их сочинителя. Федор Иванович Тютчев
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

них пролетало, как молния. Жюльен совершенно  утратил  привычку  размыш-
лять.
   Как-то раз горничная Элиза отправилась в Верьер, - у нее была тяжба в
суде. Она встретила г-на Вально и из разговора с ним обнаружила, что  он
страшно сердит на Жюльена. Она теперь ненавидела гувернера  и  частенько
судачила о нем с г-ном Вально.
   - Вы ведь меня погубите, сударь, коли я вам всю правду расскажу...  -
сказала она г-ну Вально. - Хозяева всегда  друг  за  дружку  стоят,  как
всерьез до дела дойдет... А прислуга, если в чем проболтается, так ей ни
за что не простят...
   После этого весьма обыденного вступления, которое нетерпеливое  любо-
пытство г-на Вально постаралось насколько возможно сократить, он услышал
от нее вещи, весьма обидные для его самолюбия.
   Эта женщина, самая блестящая женщина во всей округе, которую он в те-
чение целых шести лет окружал таким вниманием, - это, к сожалению,  про-
исходило у всех на виду и было всем отлично известно,  -  эта  гордячка,
которая столько раз заставляла его краснеть своим презрительным  обраще-
нием, - и что же... оказывается, она взяла себе в любовники  этого  под-
мастерья, пожалованного в гувернеры! Мало того, в довершение  этой  нес-
терпимой обиды, нанесенной господину директору дома призрения,  г-жа  де
Реналь, оказывается, обожала своего любовника.
   - Сказать правду, - тяжко вздохнув, добавила  горничная,  -  господин
Жюльен вовсе даже и не домогался этого; он и с нашей госпожой так же хо-
лодно держится, как со всеми.
   Только в Вержи Элиза убедилась в этом окончательно, но, по ее мнению,
эта история тянется уже давно.
   - И вот из-за этого-то, конечно, - прибавила она с горечью, - он тог-
да и отказался на мне жениться. А ято, дура, пошла еще к госпоже де  Ре-
наль посоветоваться, просила ее поговорить с гувернером!
   В тот же вечер г-н де Реналь получил из города вместе со своей  газе-
той пространное анонимное письмо, в котором ему весьма подробно сообщали
о том, что происходит у него в доме. Жюльен заметил, как г-н де  Реналь,
читая это письмо, написанное на голубоватой бумаге, внезапно побелел,  и
после этого Жюльен несколько раз ловил на  себе  его  свирепые  взгляды.
Весь вечер господин мэр был явно чем-то расстроен; тщетно Жюльен пытался
подольститься к нему, расспрашивая его о генеалогии самых  знатных  бур-
гундских семей.
 
 
   XX
   АНОНИМНЫЕ ПИСЬМА
 
   Do not give dalliance.
   Too much the rein; the strongest oaths are straw.
   To the fire i'the blood.
   Tempest [11].
 
   Когда они около полуночи расходились по своим комнатам, Жюльен улучил
минутку и шепнул своей подруге:
   - Сегодня нам нельзя видеться: у вашего мужа  зародились  подозрения;
готов об заклад побиться, что это длинное письмо,  над  которым  он  так
вздыхал, не что иное, как анонимное послание.
   По счастью, Жюльен заперся в своей комнате на ключ.  Г-же  де  Реналь
пришла в голову безумная  мысль,  что  опасения,  высказанные  Жюльеном,
только предлог для того, чтобы им сегодня не видеться. Она совсем  поте-
ряла голову и в обычный час отправилась к нему в комнату. Жюльен, заслы-
шав шаги в коридоре, тотчас же задул лампу. Кто-то пытался  открыть  его
дверь: кто, г-жа де Реналь или ее ревнивый муж?
   Рано утром кухарка, которая всегда благоволила  к  Жюльену,  принесла
ему книгу; на обложке ее было  написано  несколько  слов  по-итальянски:

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.