Случайный афоризм
Не тот поэт, кто рифмы плесть умеет. Александр Сергеевич Пушкин
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

совершенно невыносима теперь собственная комната. Вечером, когда он вхо-
дил к себе со свечой в руках, каждый предмет, каждая маленькая безделуш-
ка, казалось, поднимали голос, чтобы  безжалостно  крикнуть  ему  о  ка-
кой-нибудь новой подробности его горя.
   "Ну, сегодня я отбываю принудительную повинность, - сказал он,  входя
с таким оживлением, какого не испытывал уже давно.  -  Будем  надеяться,
что второе письмо окажется таким же скучным, как и первое".
   Оно оказалось еще скучней. То, что он переписывал, казалось ему такой
бессмыслицей, что он под конец стал писать машинально, строку  за  стро-
кой, не вникая в смысл.
   "Это что-то до такой степени напыщенное, - говорил  он  себе,  -  что
превзойдет, пожалуй, даже официальные статьи Мюнстерского трактата,  ко-
торые мой профессор дипломатии заставлял меня переписывать в Лондоне".
   И тут только он вдруг вспомнил о письмах г-жи де Фервак,  которые  он
забыл вернуть важному испанцу, дону Диего Бустосу. Он разыскал их:  ска-
зать правду, они оказались чуть ли не в точности такой же  невообразимой
бессмыслицей, как и письма русского вельможи. Полнейшая  расплывчатость!
В них словно хотели сказать все и в то же время не сказать ровно ничего.
"Стиль - сущая арфа эолова, - решил Жюльен. - За всеми этими превыспрен-
ними размышлениями о небытии, о смерти, о вечности я не вижу ничего  жи-
вого, кроме жалкого страха показаться смешной".
   Монолог, который мы здесь вкратце привели, повторялся две недели под-
ряд. Засыпать над перепиской чего-то вроде комментариев к  Апокалипсису,
на другой день отвозить с меланхолическим видом письмо, отводить  лошадь
на конюшню в надежде увидеть хоть платье Матильды, работать, вечером по-
являться в Опере, если г-жа де Фервак не приезжала в особняк де Ла-Моль,
- таково было однообразное течение жизни Жюльена. Она приобретала  неко-
торый интерес, когда г-жа де Фервак приезжала к маркизе; тогда из-за по-
лей шляпы маршальши ему видны были глаза Матильды, и он обретал дар сло-
ва. Его образная, прочувствованная речь становилась  все  более  вырази-
тельной и в то же время более непринужденной.
   Он прекрасно понимал, что все, что он говорит, кажется Матильде  пол-
ной бессмыслицей, но ему хотелось поразить ее изысканностью своего крас-
норечия. "Чем больше притворства в том, что я говорю, тем больше я  дол-
жен ей нравиться", - думал Жюльен и с необычайной смелостью пускался  во
всякие преувеличенные описания и восхваления природы. Он очень скоро за-
метил, что для того, чтобы не показаться маршальше заурядным, надо всего
более остерегаться простых и разумных мыслей. Он и продолжал в этом  ду-
хе, а иногда чуть-чуть сокращал свое многословие, судя по тому, ловил ли
он одобрение или равнодушие в глазах этих двух светских дам, которым  он
старался понравиться.
   В общем, существование его было  теперь  не  столь  невыносимым,  как
прежде, когда он проводил свои дни в полном бездействии.
   "Что ж, - сказал он себе однажды вечером, - вот уж я переписываю пят-
надцатую из этих омерзительных диссертаций. Все четырнадцать  предыдущих
я собственными руками вручил швейцару маршальши. По-видимому, мне выпала
честь набить этим все ящики ее письменного стола. А меж тем она держится
со мной так, будто я вовсе ей никогда не писал! И к чему же это в  конце
концов может привести? Не надоест ли ей мое упорство так же, как оно оп-
ротивело мне? Надо признаться, что этот русский, друг Коразова, влюблен-
ный в прелестную квакершу из Ричмонда, был в свое время, вероятно, ужас-
нейшим человеком. Можно ли быть скучнее?"
   Как всякий заурядный смертный, которого случай делает свидетелем  ма-
невров великого полководца, Жюльен ничего не понимал в этом наступлении,
предпринятом молодым русским на сердце неприступной англичанки. Все пер-
вые сорок писем предназначались только для того, чтобы испросить  проще-
ния за дерзость писать ей Необходимо было заставить эту милую особу, ко-
торая, надо полагать, убийственно  скучала,  усвоить  привычку  получать
письма, может быть, несколько менее бесцветные, чем ее повседневное  су-
ществование.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.