Случайный афоризм
Мне кажется, что я наношу непоправимый урон чувствам, обуревающим мое сердце, тем, что пишу о них, тем, что пытаюсь их объяснить вам. Луи Арагон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

из жителей Якутии, и что он должен бороться за счастье этой Якутии, и
осуществить ряд мер по переустройству Якутии в какую-то новую, более правильную
Якутию, чтобы старая Якутия отошла в историю, включавшую в себя все то, что уже
произошло. Над тем, что уже произошло, не было его власти. Прошлое было сильней.
Значит, лучше утверждать старую Якутию?
- Вот он! - раздался торжествующий голос справа. Головко повернул свою голову и
увидел бледного Софрона Жукаускаса с каким-то щуплым черноволосым человеком,
одетым в брезентовый комбинезон.
- Я здесь, - машинально сказал Головко, ощутив легкую тошноту. - Вы уже встали?
- Да мы здесь уже хрен знает сколько времени... - возмущенно проговорил Софрон,
но Головка его перебил:
- Кто это?!
Софрон улыбнулся и начал нарочито подмигивать.
- А вы не догадываетесь? Нет? Подумайте. Может, вы вообще не помните, для чего
мы здесь?!
- Друг мой, - бесстрастным тоном произнес Головко, - мы здесь так же, как и там,
но это тоже здесь, которое там. То, что я лежу, а вы стоите, не дает никому
никаких оснований для таких утверждений. Вы же знаете, что, в конце концов,
Якутия есть все. Поэтому, зачем...
- Заелдыз! - вдруг крикнул черноволосый человек, делая шаг вперед.
- Что? - осекся Головко.
- Заелдыз! - повторил человек, выставляя вперед левую руку.
- Ах, вот вы о чем... Да, конечно, заелдыз, это наш пароль в этом чудесном
розовом Кюсюре... Правильно? А вы, насколько я понимаю, Август?
- Ну конечно! - злобно воскликнул Жукаускас. - Мы три часа ждем вашего
пробуждения! Он мне все объяснил, и я больше не обижаюсь на вас и не считаю вас
предателем, но все-таки, пора уже и делом заняться!
- Делом... - задумчиво повторил Абрам Головко, - глупости ума. И что же вам мог
объяснить этот прекрасный юноша со светом в глазах?
- Это все жэ, - немедленно ответил Софрон.
- Что - жэ?!
- Все - жэ. Все ваши видения и прочие... грезы. На празднике <Кэ> они обычно
бросают в костер цветы жэ, вы вдыхаете дым и...
- И что?
- Ну и испытываете там всякое. Меня, например, страшно тошнило. Еле отошел.
Головко улыбнулся.
- Значит, жэ?
- Жэ.
Головко засмеялся.
- Но я ничего не испытывал. Ничего не менялось. А разве может что-то
измениться?! Жэ, пэ, рэ, сэ, кэ, фэ, тэ. Какую чушь вы несете, Софрон Исаевич!
Тошнило, видения... Я есть, меня нет... Не существует таких понятий. Но я готов
приступить к деду.
- Вот: это типично, - неожиданно сказал Август. - Я же говорил вам о его
реакции.
- Какая реакция? - улыбаясь, спросил Головко. - О чем вы вообще говорите?! Я
просто спал, или не спал, просто жил, просто был. Какой еще костер, какое еще
жэ?! Может, завтра вы скажете, что Бог состоит из медного купороса, и поэтому
ангелы нам видятся в нежно-голубых тонах?! Или лучше так: благодать есть
диэтил-триптамин. Я сам биолог, и сам могу разобраться в жэ, или в зэ. Разве это
имеет смысл? И разве что-то его не имеет?
- Вот-вот, - сказал Август. - Это абсолютно характерно. Ну ладно. В конце
концов, не все ли равно.
- Да! - торжествующе воскликнул Головко.
- Да, - хитрым тоном промолвил Софрон.
- Или нет... - произнес Август, зевнув. - Вставайте, я вам все расскажу, если
вас это интересует.
- Меня интересует все! - вскричал Головко и немедленно встал с матраса.
Они неторопливо пошли куда-то в сторону от остатков пахучего догоревшего костра,
от цветных чумов, в одном из которых, наверное, был Хек, - прямо в голое

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.